— Ну, зачем так грубо? Просто договор расторгается с твоей беременностью автоматически. Но так как ты по договору не имеешь права ни с кем заводить отношения, кроме меня, то либо ты работаешь пожизненно в моей компании, либо становишься моей женой и рожаешь мне ребенка.

Вот хитер! И главное, сделал все быстро, впопыхах, чтобы я не успела ничего прочитать. Суетился. Все быстро-быстро. Чтобы я все сделала на скорости, ни во что не вникая.

— Вот я с тобой договор и расторгаю.

— Как? Ты не можешь.

— Могу! — уверенно заявляю, — ты сам сказал. Связи с беременностью, — щелкаю пальчиками возле его лица.

Шах и мат, Сашка. Шах и мат.

Сам попался в свой собственный капкан.

— В смысле? — продолжает не понимать Сашка.

— Я беременна, Саша. Да, уже! И значит, наш договор не дейст-ви-те-лен!

Он стоит обескураженный. Его взгляд темнеет от осознания.

Он сглатывает. Затем поднимает на меня свой грозный взгляд, от которого мне становится не по себе.

— Я все равно тебя не отпущу, — процеживает сквозь зубы, — ты все равно будешь моей.

У тебя, Сашка, какая-то идея фикс. Но я боюсь уже что-либо говорить. Чувствую, как в нем пробуждается зверь."

"Потому стараюсь говорить как можно мягче, но мой голос срывается на скорость.

— Сашенька, дорогой, ты всегда будешь для меня другом. Самым лучшим другом. Давай не будем портить отношения. Ты мне очень нужен. Но нужен, как друг.

— Как друг? — резко все же звереет он, — он не как друг! Ты за него вышла замуж. А я как друг?! Это почему же? Потому, что все детство был рядом с тобой? Коленки тебе раненные дул. Защищал от дворовых хулиганов. Все знали, что вы с Лерой — мои девчонки и никто пальцем не смел трогать. Что ты такое говоришь? Я тебя любил всю свою жизнь! Всю! Пытался все эти годы забыть. Думал, что это все детская влюбленность, никуда не приводящая. Что она пройдет. А она не прошла, девочка моя, не прошла. Она только усилилась с той минуты, как я тебя увидел.

Он хрипит, в его глазах плещется возмущение. Я даже боюсь его. Никогда таким не видела Сашку. Тут словно его прорвало. Он словно пытался докричаться до моего сердца. Мне даже жаль его стало немного.

— Я даже уехал учиться подальше, — продолжает он, — чтобы не видеть тебя несколько лет. Я все сделал, чтобы тебя забыть и отпустить. А ты успела выскочить замуж за то время, пока я тебя забывал!

Это уже звучит как укор. Он страдал, пытался забыть, а я взяла и замуж вышла.

Смотрю на Сашку в изумлении.

Что же ты свое счастье сразу в руки не брал? Мог бы поговорить со мной начистоту, а не прятаться от меня и не зарывать голову в песок. А потом меня же и обвиняешь.

— И сейчас ты носишь ребенка не от меня, — он подходит ко мне и кричит, — не моего ребенка ты носишь!

Отступаю на несколько шагов назад.

— Он тебе изменил, он тебя предал.