— Так он у нас уже не работает, — просветила меня Валерия.

— Давно?

— Вскоре после тебя и уволился. А что он натворил, если не секрет? — полюбопытствовала Гулькина.

— Алименты не платит.

— Да-да, на завод приходил исполнительный лист, так Гундарев сразу же и уволился. У нас при новом руководстве зарплата стала «светлой», Влад очень даже приличные деньги получал. Вероятно, ему стало жалко отдавать треть своей получки на алименты, вот он и начал искать работу, где платят по старинке, «черной». В принципе, его понять можно, — совершенно неожиданно для меня Лера стала сочувствовать проблемам Гундарева.

 — Ладно бы жена, пусть и бывшая, подала на алименты, а то ведь он с той женщиной, которая двойняшек родила, расписан не был. Может, это вообще не его дети?

— Сейчас не так уж сложно установить отцовство, — заметила я.

— Согласна. Полина, так что ты конкретно от меня хочешь?

— Ты про его дачу рассказывала, — напомнила я.

— Да, она ему досталась в наследство от деда, так же как и квартира на Первомайской…

— На Первомайской? — я заглянула в досье. — А по моим данным, он прописан на проспекте Строителей.

— Все так и есть, у него два адреса: по одному Влад был зарегистрирован, а фактически проживал по второму — на Первомайской.

Возможно, все так и осталось.

— А номер дома, квартиры ты знаешь?

— Не помню, — сказала Гулькина после некоторой паузы. — Дом я, может, зрительно бы еще и узнала, но парадная и то, на какой этаж мы поднимались, у меня выветрилось из головы.

— Лера, а в личном деле Гундарева есть этот адрес?

— Да, кажется, был.

— Ты сможешь его для меня узнать?

— Хорошо, посмотрю завтра в архиве.

— Только ты прямо с утра посмотри, — попросила я, — и сразу же позвони мне.

— Договорились, — пообещала Валерия.

— Ну что там? — поинтересовалась Алина, как только я отключила мобильник.

— Завтра мы будем знать адрес квартиры, которую Гундарев получил в наследство.

— Хоть что-то, — вздохнула начинающая коллекторша.

* * *Когда Нечаева уехала, я села за компьютер, зашла на сайт горовского фонда «Благовест» и стала наугад изучать историю пятилетней девочки по имени Лиза. Слезы неудержимо катились из моих глаз, когда я читала, сколько этой девчушке пришлось пережить за ее короткую жизнь.

Вторая история, семилетней Тани, была столь же душещипательной. Но самое ужасное, что они были не единственными. Еще восьми горовским ребятишкам нужны были дорогостоящие операции, без которых они просто не выживут. Передо мной встал мучительный вопрос: что делать? У меня было недостаточно средств, чтобы помочь всем без исключения, а выделить кого-то одного оказалось совершенно невозможно. Я думала-думала и наконец пришла к выводу, что не имеет смысла распылять средства, вырученные от продажи ювелирных украшений.