Так вот, не хер сейчас строить из себя великую мученицу, а из меня делать вселенское зло. Поняла меня?"

"Последние слова прозвучали не просто громко, Зорин их тупо выкрикнул. Удивительно, но мне совершенно плевать на то, что моя соседка теперь в курсе о том, что у меня гость. Куда больше меня волнует то, что при всей этой дерьмовой ситуации, Зорин, как бы мне ни хотелось это признавать, в чем-то прав.

Перевожу взгляд на отошедшего к окну Лешу и совершенно не понимаю, что мне сейчас говорить, а самое главное – делать. Надо просто все обдумать. Наедине с самой собой.

– Уйди, пожалуйста, – наконец произношу я.

Зорин не спешит выполнять мою просьбу, равно как и поворачиваться ко мне. Спустя несколько секунд он наконец переводит на меня взгляд. В одной руке у него упаковка моих таблеток.

– Как давно ты принимаешь их? – молчу, не желая что-либо ему объяснять. – Ты в курсе, что это самая что ни на есть гадость? Вот эти, – берет с подоконника другую упаковку. – Еще куда ни шло.

– Это мое дело, что принимать.

– Ну я бы так не сказал. Ты дура, Женя. Это я тебе как будущему врачу говорю. Если, конечно, доживешь до диплома.

– Еще раз говорю, это мое дело, что принимать и когда. Не надо строить из себя всезнайку, – подхожу к Зорину и резко выдергиваю из его рук упаковку. – Уходи!

– Не там, где нужно, ты ведешь себя смело. Не там, Женя, – угрожающе произносит Зорин, а в следующий момент сгребает с подоконника все купленные упаковки в аптечный пакет и тут же вырывает из моих рук оставшуюся.

– Отдай!

– Бегу и падаю.

– Отдай, – вновь повторяю я, пытаясь отобрать пакет, но, когда в одну из таких попыток Зорин больно сжимает, почти выкручивает мое запястье, я прекращаю попытку забрать свои таблетки. Просто, потому что больно!

– Угомонись, – цедит сквозь зубы. – Ты, кажется, хотела, чтобы о моем визите не узнала твоя соседка. Завтра на практику можешь не приходить, учитывая, что послезавтра у тебя сутки. Отдыхай и выдыхай. Выспись и по возможности переключись на что-то позитивное. Позитивное – это не таблетки, Женя.

Возразить что-то я тупо не смогла. Просто смотрела вслед уходящему Зорину. Удивительно, но ко мне никто не прибежал с возгласами «кого в квартиру привела, шлюха». Под раздражающую тишину я вернулась в свою комнату и легла на диван.

Даже если все как-то образуется, и Стас никому и ничего не скажет, он ведь специально вернется к маме… чтобы приставать к Тае. А ведь так и будет. Кто ей тогда поможет? Нет, это паранойя. Все будет хорошо. Наверное. Главное, чтобы он был жив. В висках неимоверно давит. Сейчас я даже жалею, что узнала правду. Лучше бы я потом узнала по факту, что он жив и здоров. А сейчас ощущение, что вместо выхода из депрессии, я впадаю в нее еще больше. И отчаянно не хватает таблеток.