Но когда вышли из подземки, муж тихо спросил:

– Дочь Домны, Устинья, она ведь, мягко говоря, не особо сообразительная?

– Ну да, – кивнула я.

– И болтливая?

– Просто беда, – вздохнула я. – То загадки загадывает, то сказки про Змея Горыныча рассказывает. Домна крепко поработала, задурила дочери голову окончательно – полностью подчинила ее себе.

– Но о том, что в избе живет Оксана, Устя и словом не обмолвилась. Как же она не проболталась? – поразился Гри.

Я пожала плечами.

– Устя буквально парализована Домной. Стоит матери косо глянуть на нее, как та делается меньше ростом и мгновенно выполняет все ее приказы. Спрятав в избе Оксану, Домна приказала Устинье крепко держать язык за зубами. Думаю, сказала ей что-нибудь вроде того: «У нас в доме Василиса Прекрасная поселилась, если кому проговоришься, явится Змей Горыныч и унесет всех, сожжет пламенем из ноздрей». Вот испуганная Устя и прикусила язык. Повторяю: мать имеет на дочь огромное влияние.

Гри отпер дверь и зажег свет в прихожей.

– Пойду переоденусь, – сказал он.

Я кивнула, поторопилась на кухню, открыла холодильник и уставилась на полки. М-да, надо непременно купить хорошую кулинарную книгу, такую, где можно отыскать рецепты на все случаи жизни. Вот сейчас я вижу одно яйцо, два плавленых сырка, пучок умершей петрушки, бутылочку кетчупа, банку шпрот и баллончик взбитых сливок. Ну и какой ужин можно приготовить из такого набора?"

"– Солнышко, ты не видела мою розовую рубашку? – спросил, входя на кухню, Гри.

Я оторвалась от изучения несовместимых в одном блюде продуктов и переспросила:

– Сорочку? Какую?

– Самую модную, – отозвался Гри, – ну ту, которую мне Марта на Новый год подарила.

Ревность ткнула меня острым кулаком под дых, и я помимо воли заявила:

– Сейчас лето в разгаре! Мода давно поменялась!

Гри улыбнулся:

– Действительно! Значит, рубашка потеряла свою актуальность. Но все равно интересно, где она.

– В гардеробе, – ответила я.

– Там ее нет.

– Наверное, она в бачке, сейчас постираю.

– Корзина для грязного белья пустая, – удивленно заметил Гри.

– Ой, мама! – прошептала я. – Постирушка!

Гри недоуменно посмотрел на меня:

– Что случилось?

– Я плохая хозяйка!

– Вовсе нет, по-моему, замечательная!

– У нас дома нет продуктов!

– Ерунда, закажем пиццу, – сказал муж. – Обожаю итальянскую кухню!

Я подошла к стиральной машине и нажала кнопку «Слив воды». Потом ткнула пальцем в загудевший агрегат и стала оправдываться:

– Я решила затеять постирушку, зашла в мегамаркет, купила хороший гель с ароматом шоколада, загрузила барабан, а потом… понимаешь… забыла, убежала… Короче, твоя рубашка там и… долго лежала в воде…

– Экая ерунда, – засмеялся Гри. – Вон, уже отжимает, сейчас достанем, погладим.