– Вы будете под постоянным нашим наблюдением, – продолжал доктор. – Очень опытный педагог-психолог Алевтина Ивановна будет вам звонить каждый день, ей надо сообщать о всех отклонениях в поведении дочери, даже самых мелких.

– Да-да, – кивала Татьяна, – непременно.

– Даже очень незначительных отклонениях! – подчеркнул Олег Ефремович. – Допустим, она никогда не ела соленые огурцы, а тут вдруг накинулась на них.

– Что вы! – замахала руками Рязанцева. – Разве я разрешу ей с мужчиной закрутить!

Олег Ефремович недоуменно заморгал, потом догадался о мыслях матери и засмеялся.

– Про огурцы я просто так сказал. Отмечайте любые колебания ее настроения, поведения. Это очень и очень важно!

Естественно, Татьяна пообещала выполнить все его требования. Но ничего особенного со Светой не происходило, она аккуратно ездила на работу в отель. Сначала Таня сопровождала ее, потом дочь сама освоила путь. Рязанцева купила ей мобильный телефон и постоянно поддерживала с дочерью связь. На службе Светой были довольны, хвалили за старательность, а клиенты часто поощряли прислугу рублем. У Светы даже завелся кавалер – гостиничный сантехник, мужчина лет сорока пяти. Едва он стал проявлять знаки внимания, как Света, хихикая, доложила маме:

– В меня Игорь влюбился.

Татьяна встревожилась и помчалась в отель. Отыскала там «Ромео» и категорично заявила ему:

– Не лезь к моей дочери.

– Я с серьезными намерениями, – заверил Игорь, – жениться хочу.

– С ума сошел? – возмутилась Рязанцева. – Не видишь, с кем дело имеешь? Дочь инвалид, после аварии в коме лежала, теперь ей по уму пять лет.

– А зачем мне академик? – ответил Игорь. – Красивая, молодая, работящая, я за ней пригляжу.

Рязанцева тут же позвонила Олегу Ефремовичу.

– Это ничего, – ответил доктор, – смотрите только, чтобы он не обманул Свету. И ни слова о нас! Если у Игоря серьезные намерения, тогда мы с ним сами побеседуем."

"Светлана расцвела. А Татьяна ощущала себя счастливой – наконец-то дочь приносила ей радость и демонстрировала горячую любовь к матери. К тому же Света начала стремительно умнеть. Таня только поражалась скорости, с которой к ее девочке возвращается разум. В понедельник Света ушла, как всегда, на работу в семь утра, а в пять, когда мать перезвонила ей, неожиданно ответила:

– Я в магазине.

– Где? – поразилась Татьяна.

– Мне выдали зарплату, и я хочу купить себе платье, – заявила Света. – А то хожу в ужасной кофте и отвратительной юбке.

Во вторник Светлана записалась в парикмахерскую, в среду принесла пару глянцевых журналов и впервые за долгое время взялась за чтение, в четверг она неожиданно встала к плите и приготовила шарлотку…

Татьяна боялась даже Богу молиться.