— В академии нас учили следовать строгим формулам, а ты показал, как чувствовать материю напрямую.

— Формулы — это костыли для тех, кто не чувствует своей связи со стихией, — ответил я. — Ты можешь большее.

Перед ужином я собрал всех охотников. За прошедшие дни, несмотря на разрушения и восстановительные работы, я не забыл о необходимости справедливо распределить добычу. Каждый получил по 6 рублей и 16 алтынов — их доля от кристаллов Эссенции, найденных во время рейда на Березники и логово Химеры.

— Это всё… мне? — Гаврила недоверчиво перебирал монеты. — За один поход?

— Да, — кивнул я.

— Вы рисковали жизнями и заслужили честную награду.

Мужчины переглядывались с таким изумлением, словно им выдали ключи от княжеской сокровищницы. Для них это действительно было целое состояние — годовой заработок среднего ремесленника, как никак.

— Господин, — Силантий смахнул непрошеную слезу, — сроду таких денег не видал. Теперь сыновей в городскую школу отправить смогу, жене платок шёлковый купить…

— Будет ещё больше, если продолжите служить честно, — заверил я их. — Впереди много работы, и много Бездушных, которых нужно упокоить.

При виде их почти по-детски радостных лиц, мне пришло в голову, что ради подобных моментов я и тружусь, не покладая рук. Чтобы доверившиеся мне люди жили безопасно и счастливо.

* * *Первый месяц весны принёс ощутимые перемены в Угрюмиху. Снег ещё лежал плотным покровом, но с южных скатов крыш уже свисали длинные сосульки, днём на пригретых солнцем местах появлялись первые проталины, а воздух наполнился особой свежестью. Утром я заметил, как на краю деревни робко зазеленела лесная полянка — природа медленно, но неотвратимо пробуждалась от зимнего сна.

"

"Не успели мы наладить быт после восстановления частокола, как деревня начала принимать гостей. Первым, спустя три дня после нашего ритуала, прибыл новый гость — сухой, сморщенный старик лысый, как коленка, зато с окладистой седой бородой и пронзительным взглядом. Его сопровождали два крепких мужика с луками и ружьями за спиной.

— Наслышан о вас, господин воевода, — поклонился старик, с любопытством оглядывая обновлённый частокол и вышки. — Я Тихон Матвеевич, староста Овечкино. Вести по Пограничью быстро разносятся.

Говорят, вы Дербышам помогли с Химерой и честную торговлю наладили…

— Не врут, — просто ответил я.

Собеседник лишь многозначительно хмыкнул.

Я пригласил его в дом, где мы за чашкой чая обсудили возможное сотрудничество. Тихон оказался прижимистым и осторожным — в каждом предложении искал каверзу, каждую цифру перепроверял.

— Восемьдесят процентов нам, двадцать вам? — он недоверчиво прищурился. — И что же, просто так? Где подвох?

— Нет никакого подвоха, — ответил я спокойно. — Чистая выгода для обеих сторон.