Хватаю с полки китель, отряхиваю машинально и, надев, обнаруживаю черное пятно на рукаве.

Вот как в таком к пассажирам выйти?

- Что там у тебя? – косится из коридора Маринка.

- Да пока спала тушь по рукаву размазала, - признаюсь с досадой.

- Салфеткой влажной протри, отойдет, - дает от титана советы подружка.

- Ага, - киваю я, открывая лежащий на столе пакет. Быстро протираю пятнышко. Вешаю пиджак на плечики. Пока обойдусь, а к утру высохнет.

- До Коноши почти два часа, - достаю с полки пиалку с нарезанным лимоном и пакет с пирожками.

- Ты с картошкой будешь или с капустой? – спрашиваю Маринку, выкладывая на тарелку два пирожка. Убираю пакет обратно на полку. Там еще два осталось. Как раз на завтрак.

- С картошкой. У тебя в Коношах пассажиров много заходит? – вернувшись, спрашивает поспешно. Ставит на стол стаканы в начищенных до блеска подстаканниках. Это моя сменщица Вера расстаралась.

- Нет, - мотаю я головой. – До Вологды пусто, - подаю ей треугольный пирожок, а себе беру обычный, с косичкой сверху.

- Везет же, - откусывая, тоскливо тянет Маринка и тут же спохватывается. – Ну хоть тебе передышка. А потом до Адлера ни продохнуть, ни пожрать. Одной тяжело. А Верка надолго ушла на больничный? Не знаешь? Новую смену тебе когда дадут? Борисыч хоть обещал? – тараторит она без остановки.

- Понятия не имею, - отхлебывая чай, пожимаю плечами. Вопрос о Вере пропускаю мимо ушей. Напарница моя слегла с апендицитом в день рейса. Еле прооперировать успели. А замену ей так и не нашли. Вот и катаюсь одна от Адлера до Архангельска. Но это даже лучше. Чем тяжелей работа, тем меньше мыслей.

- А знаешь! – доев пирожок, вскидывается Маринка. – Тебе надо отомстить Олегу! Переспать с кем-нибудь и спокойно жить дальше.

- Зачем? – смеюсь сдержанно. – Ну что это за месть, Марин? Он точно не узнает. Или мне надо отправить ему телеграмму с первой же станции? Да и глупо это. Ну ты пойми… - выдыхаю запальчиво. – Вагонный муж мне точно не нужен.

- А что так? – весело фыркает она. – Вон как все хорошо по парочкам устроились. И Витек мне всегда помогает в рейсе, - отхлебывает чай маленькими глоточками.

- А дома у него жена и ребенок, - роняю я печально. И в душе все переворачивается от отвращения. – Наши все женатые. Не хочу я.

- Ну с нашими не хочешь, переспи с кем-нибудь из пассажиров, - как ни в чем не бывало заявляет Маринка.

Что-то объясняю, пытаясь скрыть главное. Я же пыталась! Весь первый месяц выискивала подходящую кандидатуру. Но так никого и не нашла. Нет нормальных мужиков, хоть тресни! Одни олеги кругом!

- Да, ты права, - лениво кивает она, грея в руках стакан с остатками чая. – В нашем поезде олигархи не ездят. Вот у тебя СВ, - кивает она на раскрытую дверь купе. – Все старое и разношенное. Разве можно сравнить с современными. Отсюда и цена.