А сейчас нужно попытаться незамеченной выползти из постели и хоть что-то попить.

Перевела взгляд на руку Никиты, обнимающую меня за талию. Обхватила запястье и плавно начала поднимать его руку. Парень тут же оживился – глубоко и шумно вдохнул, крепче обнял меня за талию и, притянув к себе, уткнулся лицом в волосы за ухом.

Улыбаясь, как дурочка, на мгновение прикрыла глаза и просто насладилась этим моментом. Боже, как тепло, уютно и надежно. А ведь это он обнимает меня лишь одной рукой!

Но, как приятно мне сейчас не было, нужно попить. Иначе, еще немного и я начну кашлять, так как пересохшее горло нещадно першило.

Как гусеница, мягко переступая ногами по постели, поползла вниз. Рука Никиты постепенно смещалась всё выше, совершенно бессовестно задирая футболку. Футболка, конечно, принадлежит ему, но… имейте совесть, молодой человек!

Задержала дыхание и в одно мгновение подняла его руку и откатилась в сторону, вернув его ладонь в то же положение, только уже не на моей талии, а просто на постель рядом с ним. Скатилась с края кровати на пол и на цыпочках, чуть согнувшись, покинула комнату, неслышно прикрыв за собой дверь.

Перевела дыхание и услышала, как из кухни на первом этаже доносился слабый звон посуды. Который час, я не знала, но, очевидно, уже вполне себе утро, если в доме есть какая-то активность.

Заглянула в ванную комнату и удивилась своему отражению – лохматая рыжая конопушка, глаза которой сияли так, что солнце, увидев меня, могло бы надеть темные очки и сказать: «воу-воу, полегче! Конкуренты мне не нужны».

Приблизила лицо к зеркалу. Взгляд сам упал на губы. Кажется, у них изменились даже форма и цвет после первого в моей жизни поцелуя. Или не кажется и это действительно так?

Боже! Спрятала лицо в ладонях и тихо посмеялась сама над собой. Дурочка.

Ударила по смесителю и посмотрела на поток холодной воды с мыслью попить.

– Может, ещё из унитаза попьёшь? – укоризненно шепнула сама себе и выключила воду.

Прочесывая волосы пальцами, почти с невозмутимым видом спустилась на первый этаж и направилась к кухне. Звон посуды и запах какой-то выпечки становились всё более четкими.

Яся, не бойся. Просто скажешь родителям Никиты «доброе утро», попьёшь немного воды и вернёшься в комнату. Не станут же они тебя пытать, пока их сына нет рядом…

Вошла в кухню и сразу увидела Елену Алексеевну, которая в лиловом шелковом халате жарила на завтрак оладьи. Тихо напевая себе что-то под нос, одной рукой держала деревяную лопаточку, а другой, постукивала пальцами по лицу, на котором была белая тканевая маска.

Недалеко от нее находился графин с водой и стаканы.

Обняв себя за талию, борясь с неловкостью и стеснением, начала к ней подходить, готовя при этом максимально доброжелательное лицо.