Сильно испугалась? – бормочет Азим спустя маленькую вечность, расцвеченную сотнями искр под веками. Пытается заглянуть в глаза, несмотря на царящий вокруг ночной полумрак.

− Нет. Целуешься ты вполне сносно, − хмыкаю я невольно. Хоть и понимаю, что спрашивал он совершенно точно не об этом.

Азим замирает удивлённо.

− Вот значит как? Всего лишь сносно? – тянет возмущённо.

Нет, ну вы посмотрите на него.

− Угу. В качестве развлечения на один вечер сойдёт, − не могу удержаться от шпильки. – Извини за неудобство, пупсик.

Вот жаль, что я сейчас не могу толком рассмотреть выражение его лица.

Кажется, мою шутку не оценили. Ну и ладно. Действительно не самая удачная получилась.

− Обиделась всё-таки, − в конце концов произносит он. Не спрашивает. Констатирует.

− Нет, не обиделась, − сообщаю абсолютно честно. – Но неприятный осадок остался. Слишком уж внезапно пришлось спуститься с небес на землю. Кто это был?

− Неважно, Ники. Я обещаю, что ты его больше никогда не увидишь, − каким-то очень мрачным и решительным тоном обещает Азим, от которого мне почему-то хочется поёжиться.

Дальше мы едем молча. Я не знаю, о чём говорить после его заявления. Не уверена, что готова услышать правду, если спрошу, что он имел в виду. Азим тоже не спешит продолжать разговор.

Братья Гур теперь едут позади нас.

Когда мы подъезжаем к крыльцу виллы и спешиваемся, Азим отдаёт узды Тумана Самаду, что-то тихо тому говорит, а потом решительным шагом подходит ко мне и, взяв за руку, ведёт в дом.

В прихожей зажигает свет, стаскивает с моих плеч камзол Самада. Как ни странно, ничего не говорит по поводу того, что я носила вещь чужого мужчины.

− Ты голодна? – спрашивает, бросив на меня короткий взгляд.

− Нет, − качаю головой.

− Хочешь поговорить?

− А ты расскажешь мне, что происходит? – вскидываю бровь.

Не могу избавиться от подсознательного, необъяснимого чувства тревоги. Кажется, что случившееся сегодня безвозвратно всё поменяло. Но это ведь не должно быть так. Наверное, я просто накручиваю себя на эмоциях.

И Азим, к сожалению, никак не развеивает мои страхи.

− Не могу, малыш. Пока не могу.

− Почему?

− Я связан клятвами, − получаю не самый понятный и приятный ответ.

Кому он приносил эти клятвы? Своему королю, надеюсь?

Эта встреча как-то связана с его обязанностями по обеспечению госбезопасности?

Стоит об этом подумать, и я каким-то внутренним чутьём понимаю, что наша короткая сказка подходит к концу. Вот только к какому, пока не понятно. Очень хочется верить, что к тому, где «жили они вместе долго и счастливо».

− Но… мы же останемся здесь? – всё-таки спрашиваю, подсознательно надеясь получить положительный ответ.