– Хочешь склеить разбитый хрустальный бокал? Вряд ли получится.

Ринат замирает.

Между нами проскальзывает холод. Я заглядываю в его глаза и понимаю, что бывший муж вновь ожесточился.

В его глазах проявляются острые льдинки.

– Я хочу склеить. А ты? Чего хочешь ты, Варя?

Он больше меня не держит, и я могу слезть с его колен.

Отойти в сторону, увеличить расстояние.

Вновь сделать себе больно.

До воя.

Потому что хочется обратно, в его тепло и сильные руки, провалиться в горячие выдохи и томные стоны…

Забыться.

– Чего я хочу? Я хочу вернуть своего сына.

Подтягиваю колени к груди, обхватив руками.

– Хочу вернуть сына, – говорю со слезами. – Вадим сказал, что отвёз сына родителям. Но я не могу до них дозвониться. Он нарочно держит его вдали от меня. Я хочу вернуть Ванечку. Больше ничего. Я на всё готова. Даже душу дьяволу заложить. Хотя иногда мне кажется, что закладывать больше нечего… У тебя большие связи, деньги, возможности. Ты по уши в криминале. Найди его, выбей шантажом, силой, деньгами… Как угодно! Верни мне сына, Ринат. Взамен проси, что угодно.

Ринат слушает меня.

Я с трудом перевожу затруднённое дыхание.

Значит, я не могу надеяться ни на что…

Кроме секса.

Ринат продолжает смотреть одержимо. Он меня хочет…

– Я готова стать твоей шлюхой, – выплёвываю. – Только моя цена – сын. Другой не будет.

– Хочешь быть шлюхой?! – вскакивает, сжав пальцы в кулаки. – Ничего лучше в голову не пришло?! Или ты не слышала, что я тебе только что предлагал?!

И вылетает пулей из комнаты, громко хлопнув дверью.

Ринат

Вылетаю из комнаты. Бекетов что-то говорит мне. Я не слушаю. Мне разом отрубило все чувства.

На жену.

Я ей сердце предлагаю, а она про другое.

Про трах.

Про готовность быть шлюхой. Она для меня желанная, всегда желанная. Я хочу всё вернуть!

Вернуть нашу жизнь… Хочу узнать своего сына.

Но почему она сейчас хочет другого?!

Надо немного успокоиться. Но рядом с Варей я не умею быть спокойным!

Мы так долго были в разлуке. Так больно.

Теперь хочется всего и сразу – умопомрачительного секса, ночей в объятиях друг друга, разговора по душам.

Хочу всё.

Меня душит от этого.

Ждать так долго и теперь задыхаться от невозможности получить то, чего так долго жаждал!

Потому что за это время я мог растерять всё и останется лишь это – трах и готовность Вари на любые жертвы ради сына.

Сорвался с места, чтобы приехать к Варе. Но получил горькую пилюлю, которую проглотить не получается. Правда встала в горле комом.

Мечусь по двору, вытряхивая сигареты из пачки трясущимися пальцами.

Вот только где моя зажигалка?!

– На, – слева подплывает огонёк.

Вздрагиваю.

Рука автоматически опускается в карман брюк к ножу.