Дурацкое вино, никогда его не любила за то, что мои щёки становятся ярче галстука пионера. Хочется наплевать на макияж и засунуть лицо в ледяную воду целиком.

Глава 13

Я ополоснула щёки прохладной водой из крана, аккуратно подправила макияж и немного отдышалась. Не люблю вино, на него у меня всегда странная реакция – щёки горят, а руки ледяные. Исключение, пожалуй, составляет лишь дедушкино вино, которое он делал из сортового винограда, что сам вырастил на даче.

Немного остыв, я проанализировала вечер. Итак, нам удалось получить лучшие места для рекламы «Журавля» в бизнес-центре города. За адекватную цену и, в общем-то, на наших условиях. Осталось претерпеть совсем немного, и тогда можно будет поехать домой и, наконец, выспаться. И стяжать с Романа на завтра возможность прийти в офис хотя бы к десяти.

Я вышла из дамской комнаты и направилась вдоль узкого коридора в сторону зала, но вдруг перед самым поворотом натолкнулась на Должанова.

– Долго ты. Что там можно делать? – недовольно спросил он, поджав губы.

– Тебе с подробностями или в общих чертах? – я выгнула бровь дугой, а потом нахмурилась. – Зачем ты вообще пошёл за мной?

– А ты бы предпочла, чтобы за тобой сюда пошёл Мамаев? Он как раз был готов ринуться в бой. Сама же видела, что он на тебя глаз положил.

– О! А доблестный рыцарь Роман Игоревич решил защитить честь своей ассистентки и смело бросился наперерез?

Может, я слегка и перегнула. Определённо. Потому что Рома прошёлся по мне ледяным взглядом, а желваки на его щеках на секунду натянулись.

– Ты его не знаешь, Ирландо, – ответил жёстко. – И лучше пусть так и остаётся.

Мы перебросились острыми взглядами, и вышли в зал. Перед самым выходом Роман вдруг набросил мне на плечи свой пиджак и легонько подтолкнул вперёд.

– Это ещё зачем? – прошипела я. – Здесь не холодно.

– Так надо, – тихо в ответ шепнул Должанов.

Мы подошли к столику, за которым нас уже совсем заждался Анатолий Петрович. Тот было привстал, завидев нас, но сразу сел обратно. Он окинул меня недовольным взглядом, едва ли не скривившись. И тут я вдруг поняла, зачем Рома набросил мне на плечи свой пиджак, и чуть не задохнулась от возмущения его беспардонностью. Этот сукин сын меня пометил. Дал понять таким образом Мамаеву, чтобы тот не предпринимал поползновений в мою сторону. Не то чтобы я страстно желала, наверное, должна даже была быть благодарна Должанову, но меня возмущала его бесцеремонность.

– Вы, наверное, нас заждались? – попыталась вежливо улыбнуться я и вдруг поняла, что только что подлила масла в огонь своей фразой.

– Анатолий Петрович, боюсь нам уже пора прощаться. Анна Васильевна очень устала и хочет домой.

– Конечно.

Мужчина встал и кивнул, пожал Роману руку.