Только сейчас в глазах плещется зловещий огонь, как у хищника, а вместо портфеля LV в руке зажат пистолет.

– Совсем рамсы попутал? – хладнокровно наводит оружие на врага. – Отпусти моего крестника и поговорим, – роняет совершенно спокойно.

– И тебе охота ради какого-то французика отправиться на кичу? – хмыкает Николя. – Или подожди… Я все понял… Господи, да это же сын Герта. Похож-то как! – убирает от меня пистолет. Да еще смотрит с раскаянием, треплет по плечу. – Прости, сынок. Не признал. Ты бы сказал…

– Пойдем, Саманта, – на ватных ногах делаю шаг к подруге. – Это наш единственный шанс уйти.

– Да, конечно, – всхлипывает она, выходя в коридор.

– Мамане привет передавай. Скажи от Коли Бурбина, – глумится вслед Николя. – Я по молодости ее трахнуть хотел… Да все хотели!

И вот тут меня клинит. Торможу на автомате. Разворачиваюсь.

– Что ты сказал? – вскидываюсь мгновенно. Не успеваю подумать, или выслушать ответ. Ярость накрывает черной пеленой и мозги уже не работают. Кулак быстрой торпедой летит вперед и врезается в рыхлую сопатку Николя. Второй удар крошит челюсть.

– Миша, бл.ть, – стонет крестный, оттаскивая меня в сторону. – Вот какого хрена? Никакой выдержки. Он же тебя специально спровоцировал…

– Да кто это вообще? – цежу, вытирая сбитые костяшки. В окружении охраны выхожу из дурацкого картонного дома.

– Отморозок. Я его еще по девяностым помню. Не знал, что он в Париже окопался, – сварливо бухтит крестный. – Ты сейчас такой гнойник вскрыл, Миша. Дай бог, чтобы все обошлось.

Отправив Саманту с охраной к ее родителям, усаживаюсь в Майбах крестного.

– Да что он нам сделает? – интересуюсь свысока. Наша семья занимает высокое место на социальной лестнице Французской республики. Арман де Анвиль – муж моей матери – известный в стране политик и бизнесмен. Крестный – ресторатор. А тут какой-то Николя из канавы.

– Надо с ним порешать миром, – хмуро отрезает крестный. – От этого козла можно все что хочешь ожидать. Может, украсть кого-нибудь из девчонок и отправить в бордель. Хрен найдем потом…

– Ты серьезно?

– Он не предсказуем, Миша. Особых высот не достиг. Ни ума, ни воображения. Но нагадить может по-крупному. Тем более, ты унизил его при его людях. Понимаешь?"

"– Не очень, – мотаю головой. И все не могу взять в толк, как мерзкий поганый мужик может испортить нам жизнь. Есть же охрана, полиция, бронированные тачки. В конце-концов, есть замок в Бордо. Туда уж он точно не сунется.

– Минутку, – достает айфон крестный. – Вот, незнакомый номер, – многозначительно кивает на трубку. – Наверняка Бурбин уже телефон мой где-то раскопал.

Внимательно слушает.

– Ну я понял, – цедит нехотя. – Нет. Нос и зубы делай за свой счет, Коля. Тут все по понятиям.