— Только не говори, что ты связалась с не свободным мужиком, Йо.

— Вот сейчас ты меня просто очень сильно обидела, — не лукавлю и не шучу я. Уж кому-кому, а им с Олей хорошо известно мое отношение к мужчинам, которые связаны отношениями.

Мне на всю жизнь хватило роли «перевалочного пункта» между Костей и его тогда еще девушкой. Теперь женой. С которой он скоро разводится.

— Просто имей в виду, — Наташа выразительно вскидывает брови, — я буду за тобой присматривать, чтобы никакой мудак не запудрил тебе мозги.

— И это говорит женщина, которую я собственными руками вытолкала на свидание к ее мужу, потому что она не хотела идти, думая, что он подозрительно смуглый и общительный, — напоминаю я.

Хорошо, что допрос с пристрастием прерывает дружная команда усаживаться за стол.

Через час, когда гостям дают отмашку «пошевелиться», я, взяв с вешалки шубу, выскальзываю на улицу, чтобы проветрить голову и проверить сообщения. Андрея нет еще с обеда: вчера вечером, когда я сказала, что, скорее всего, буду сегодня не очень на связи, он написал, что у него тоже есть дела, хотя на связи все равно будет. Но последнее сообщение от него пришло около трех, а сейчас уже почти девять.

Понимаю, что мы ничего друг другу не обещали, у нас вообще нет ничего, кроме общения без всяких обязательств, но мне очень не по себе, когда я остаюсь совсем один на один с неприятными мыслями: с кем он, где он? Может быть, пока я тут нервно разглядываю цифры во времени входящего сообщения, он болтает с милой девушкой, которая случайно задела его плечом в дверях той пекарни, где он иногда покупает домашнюю выпечку для Совы? Может быть, именно это сообщение — последнее? Так ведь бывает, что люди без причины внезапно просто перестают общаться.

Я слишком поздно слышу шаги сзади. Пытаюсь повернуться, но меня, как в вакуум, затягивает в крепкую хватку.

— Весь вечер хотел это сделать, Йо, — на ухо шепчет Костя, обнимая меня двумя руками за плечи, как будто я тряпичная кукла без костей.

— Убери от меня руки. Мне больно!

Пытаюсь вырваться, но он больше и сильнее меня, и чем больше сил я прикладываю, чтобы освободиться, тем сильнее он прижимает меня к себе.

— Просто постой так, — миролюбиво предлагает Костя. — Ты сумасшедше красивая сегодня.

— А ты как всегда врешь, — огрызаюсь я. Вспоминаю пару тех видео по самообороне, которые смотрела в какой-то утренней программе новостей — немного развожу ноги и со всей силы бью каблуком по носку его туфли.

— Блядь!

Он разжимает руки — и я тут же отступаю на безопасное расстояние. От злости сердце громко заходится в груди, и кровожадной части меня, той самой, которая придумывает мрачных безжалостных героев, хочется «добить» проигравшего — точно так же проткнуть и второй носок.