Как только полиция обнаружит кражу, город намертво закупорят. Сбоев быть не должно, но на всякий случай вот вам адрес и ключ от безопасного дома в Амстердаме».

Аэропорт. Ей необходимо в аэропорт.

– Такси, – пробормотала Трейси. – Поймайте мне такси.

Поколебавшись, женщина пожала плечами:

– Хорошо. Сейчас вызову. Ждите здесь.

Трейси воспаряла все выше и выше, все ближе к горячему солнцу.

– Ваше такси уже здесь, – сказал ей мужчина.

Как бы Трейси хотелось, чтобы ее больше не трогали. Она желала одного – уснуть.

– Куда ехать, мадемуазель? – спросил водитель.

«За стойкой «Свиссэр» вам оставят билет до Женевы».

Нет, она слишком больна, чтобы лететь на самолете. Ее снимут с рейса и вызовут врача. Начнут задавать вопросы. А ей всего-то и нужно несколько минут поспать, и все будет хорошо.

– Так куда ехать? – нетерпеливо осведомился водитель.

Трейси дала таксисту адрес «безопасного» дома.

Полицейские задавали вопросы про бриллианты, а поскольку она отказалась отвечать, настолько разозлились, что бросили ее одну в комнату и так раскочегарили отопление, что Трейси начала задыхаться. Но когда жара стала невыносимой, копы опустили температуру так, что на стенах выступил иней.

Трейси с трудом вынырнула из морозного марева и открыла глаза. Она лежала на кровати, и ее била дрожь. Под ней было одеяло, но не хватало сил накрыться. Одежда насквозь промокла, лицо и шею покрывал липкий пот.

«Я здесь умру. Вот только где это – «здесь»?»"

"«Безопасный дом». Я в безопасном доме. Словосочетание так поразило своей неуместностью, что Трейси рассмеялась, но смех тут же сменился приступом кашля. Все вышло иначе, чем планировалось. Ей не удалось улизнуть. И теперь полиция ищет Трейси и уже наверняка прочесывает город: мадемуазель Уитни приобрела билет на «Свиссэр» и не использовала его. Значит, она до сих пор в Амстердаме.

Трейси пыталась прикинуть, сколько времени провела в постели, подняла руку, посмотрела на запястье, но цифры на часах расплывались. Все двоилось: в маленькой комнате находились две кровати, два туалетных столика и четыре стула. Дрожь утихла, но тело снова вспыхнуло огнем. Трейси хотелось открыть окно, но для этого она была слишком слаба. Но вот комната опять погрузилась в лед.

Трейси снова ощутила себя в самолете и, упакованная в контейнере, молила о помощи.

«У тебя получилось! Ты просто чудо! Давай сюда коробку!»

Джеф взял бриллианты и теперь скорее всего уже на пути в Бразилию со своей долей добычи. Будет развлекаться с одной из своих женщин и смеяться над ней. Снова обставил ее. Ах, как Трейси его ненавидела! Нет – неправда! Ненавидела! Неправда! Она его презирала!

Трейси то погружалась в беспамятство, то к ней снова возвращалось сознание.