- И он мне понравился, Ваше Высочество! Благодарю! - Йен уже стоял на ногах и выглядел гораздо лучше и бодрее, - я попробую ещё раз.

Не став ему мешать, мы отошли в сторону. Следить за работой мага-менталиста было сначала интересно, а потом стало скучно. Йен приложил указательный палец правой руки к центру лба священника, другой ладонью обхватил затылок и прикрыл свои невозможно голубые глаза.

И всё. Дальше мы стояли и просто смотрели на замершего мага. Хотелось спросить, получается ли, но я решила не мешать и просто ждала.

- Лорд Райт, - наклонилась я к уху советника и прошептала одними губами, - если не выйдет, вы знаете, что делать.

Советник кивнул, поняв о чём речь и снова посмотрел на работающего менталиста.

Через десяток минут Йен, чуть покачнувшись, убрал свои руки от головы клирика и обернулся к нам.

- Не выходит, - в глазах мистера Роббинсона я видела искреннее сожаление и немного злости на самого себя.

- Давайте ещё раз, - сказал лорд Райт. - Вам помогут. Просьба не открывать глаза, когда почувствуете чужую магию. Вам всё понятно?

Я шла на осознанный риск. Потому что упустить возможность схватить предателя, а также узнать, где скрываются подельники священника, никак не могла.

Возможно, мистер Йен Роббинсон догадается, что я - магиня, но предполагать и знать наверняка — это две разные вещи.

Охранника попросили выйти за дверь.

— Приступайте, - сказал лорд Райт.

Мой дар усиления способностей другого мага, сдерживаемый усилием воли, выплеснулся живой волной в сторону королевского менталиста, накрывая его с головой.

Мистер Йен не удержал эмоции и от неожиданности хекнул, чуть присев.

***

Интерлюдия

Йен Роббинсон

Йен ожидал чего угодно от провинциального региона и центрального городка Уолсолла, но никак того, что он увидел.

Первое, на что обратил внимание менталист и даже спрыгнул со своего верного друга - вороного коня по имени Ветер, это дорога. Тёмно-серого цвета, твёрдая, как камень, и гладкая, как столешница у дубового стола, она начиналась в паре миль от городка и тянулась в его сторону прямой полосой.

Встреченные по пути к Улсоллу люди были всегда чем-то заняты, смех и весёлые голоса раздавались повсеместно: людям явно жилось неплохо в этих местах, несмотря на многочисленные болота вокруг и воздух с лёгким привкусом тины.

Сам город был чистым, опрятным и каким-то... другим, что ли. Йен не мог подобрать слов, вроде и дома привычные, и люди одеты обычно, кроме, разве что, странной обуви, но сама атмосфера (он, конечно, не знал такого слова, но был близок именно к этому понятию) располагала и невольно заставляла улыбаться.

Шокировали его дети, высыпавшие из большого здания в очень большом количестве, с непонятными заплечными мешками и дружной гурьбой направившиеся куда-то в одном направлении.