Валид же терпеливо ждет моего ответа…

— Я… — вдох на грани шипения, — не… знаю… больше… ничего…

С трудом языком ворочаю, хочу избавиться от его руки, от хватки, которая оставит синяки.

Некоторое время молчит. Не отвечает. Глазами своими яркими в лицо мое впивается, скользит по припухлым приоткрытым губам, по груди, которая вздымается часто-часто, по растрепанным волосам, которые в глаза лезут.

Байсаров смотрит холодно, оценивающе, но внезапно у него словно в глазах сверкает чем-то ярким, острым, он приближает лицо ко мне, к моим дрожащим губам, соленым от слез, с выступившей испариной и неожиданно подобно хищнику проводит по ним языком.

Вздрагиваю и, не отводя от меня глаз, он выговаривает и каждое слово сопровождается жестким вторжением в мое тело:

Падаю обессиленная от пережитого на грудь своего мучителя, который собирает мои волосы на затылке и заставляет откинуть голову, заглядывает мне в глаза, молчит, рассматривает своими цепко, в то время как я полностью выжата им, испита, не в силах даже слова вымолвить.

Дышу тяжело. Сердце колотится.

— Ты красиво кончаешь. Искренне, — звучит глухо, с рычащими нотками, в то время как Валид рассматривает меня алчно, уже не скрывая похоти, что разгорается на дне его глаз.

Там столько огня, желания и испепеляющей жестокой страсти, что я опускаю глаза, щеки обдает жаром, краснею, опустошенная и смущенная.

— Говори, Варя, скажи мне то, что я хочу от тебя услышать. Не топи себя…"

"Резко хватает меня за щеки и приближает к своему лицу, скольжу по его коленям, напарываюсь на ширинку своей промежностью и глаза в шоке распахиваются. По ощущениям там камень. Горячий. Пульсирующий.

— Сколько тебе отстегнули?

Мотаю головой.

— Нисколько… я денег твоих не взяла, ничего не взяла… все рассыпала по полу…

Цокает языком и пальцы сильнее впиваются, соскальзывают к губам и болезненно зажимают, вдавливая нижнюю в зубы.

У меня все мысли в рассыпную после того, что он проделал со мной. Дрожу с каждой секундой все сильнее. Не шутит Байсаров.

— Мне нечего сказать, клянусь, я уже все сказала… Я просто не понимаю, что ты хочешь от меня услышать…

Слезы опять текут по щекам. Потому что накрывает осознание, что Байсаров просто так меня не отпустит. Ему что-то нужно узнать, но я просто не понимаю, что именно.

Что я знаю и не говорю. Хмурюсь. Пытаюсь вспомнить детали, нюансы, но понимаю, что сказала абсолютно все…

— А если подумаешь, принцесса, если вспомнишь… — давит интонацией, даже голос становится глуше, холоднее.

Понимаю, что терпение Валида не безгранично и он его теряет, а что будет со мной, если он отпустит своего зверя, даже боюсь представить.

Между нами воздух искрит, поднеси спичку — вспыхнет.