Такое ощущение, что лоб, надбровья, нос и скулы отлиты из танковой брони, а кожа толстая, дубленая, из такой доспехи хорошо делать, чтобы стрела не брала. – Слишком круто все переплелось. Джума завалили, а с ним Ростом чуть не гикнулся. А Ростом за репчинским рынком смотрит. Спартак за ним. И Мартын этот...

– Ну и что? – Генина голова совсем отказывалась соображать.

– А то, что Рита эта неспроста появилась. И пацаны, которых ты умыл. Спецом все. Спецом они к твоей Дане подсели, пока ты мышей ловил. Ты на них наехал, беспредел учудил. Потом Мартын появился и забрал Риту. Теперь у них полное право на тебя наехать. За твой беспредел.

– Это что, наезд?

– На тебя? Слышь, Гена, без обид. Ты мозги себе этим «снегом» отморозил, на людей бросаешься. Джума реально обломал, не вопрос, круто на словах его развел, тут я снимаю шляпу. Но беспределишь не по теме. Слава у тебя дурная. Потому люди думают, что это мы Джума завалили...

– И пусть думают! – рыкнул в ответ Гена.

Хотелось врезать Качану за такой базар, но все-таки он сдержался. Дима такой, что и ответку дать может. Да и нельзя его трогать. Слишком уж многим обязан ему Гена. Качан запросто мог прокинуть его через кий. Они с Родей поставили казино, они все закрутили, а Гена мог оказаться не при делах. Но нет, встретили его по-настоящему, даже казино в его честь назвали, и дом этот предоставили. У коммерсанта одного за долги забрали и ему отдали.

– Гена, извини, конечно, но ты какую-то хрень несешь! – мотнул головой Качан. – Я как узнал, что воры нам Джума шьют, так у меня аж волосы торчком встали! А ты – пусть думают... Это не просто беспредел, Гена. За вора жестокий спрос!

– Чего? Жестокий спрос?! Да их только в прошлом году десятка два завалили. И много за них спросили?

– Мы все не знаем...

– Ты не знаешь. А я знаю! Я зону держал, воров на одном пальце крутил! Там ничего реального, одни понты! За вора особый спрос! – передразнивающе протянул Гена. – Они такие же люди, как и мы. Есть керосин в баке – летят, нет – тупо носом в землю. У них с керосином сейчас туго, потому что проблем выше крыши. Ничего они мне не сделают! Потому что я их не боюсь. Никого не боюсь! А если не боюсь, то со мной ничего нельзя сделать. Я точно это знаю! Вот если начну бояться, тогда меня и можно будет сделать...

– А если сделают? – насмешливо посмотрел на него Качан.

– Кто? Воры?

– Может, и они. Через Спартака. Я же говорю, что не зря его люди нарисовались. И козыри у них теперь есть.

– Какие козыри?

– Ты Риту обидел, а они за нее спросят.

– Зачем им это? Если они за Ростома хотят спросить, пусть напрямую и спрашивают. Чего им вокруг да около ходить? Зачем эти заморочки с телкой?

– Мало ли, – пожал плечами Качан.