Разве не видно, что дракон уже сбросил маску любящего жениха?"

"Я снова почувствовала скользкий язык Гарнара на щеке и его руку, сжимавшую мою грудь через тонкую ткань платья.

– Чего ты добиваешься? – холодный безразличный голос Рэма резанул по ушам.

– Просто пробую на вкус свою будущую игрушку. Посмотри, как ей нравится, – и снова больно сжал мне грудь.

Ур-р-род.

Оторвать бы ему самое ценное и посмотреть, как ему это «понравится»! Даже несмотря на отупляющее безразличие, мысли о кастрации этого индивида приносили удовлетворение.

– Тебе ведь нравится, м? – обратился он уже ко мне.

– Противно, – честно, хоть и индифферентно ответила я.

Видимо, он ожидал какую-то другую реакцию, потому что разозлился, но лапать меня перестал и выплюнул Рэму:

– Бой будет за пределами твоего графства! Чтобы твой источник не мог тебе помочь! Встречаемся завтра на Сиреневой горе!

– Э нет, – странно, будто у него свело челюсти, возразил Рэм. – Деремся сейчас. Свидетелей целый замок – никого искать не придется. А насчет горы – согласен размазать тебя хоть на сиреневой, хоть на серо-буро-малиновой.

И так он это сказал, что рука, сжимавшая мою талия, дрогнула:

– Она пойдет с нами!

– Как скажешь, – так холодно, что даже меня передернуло, ответил Рэм. – Пошли в бальный зал. Объявим о нашем решении.

Глава 18. Бой в Сиреневых горах

Как мы добрались до той самой Сиреневой горы, я помнила очень смутно – спутанность сознания не проходила. Кажется, я видела большое скопление людей и нелюдей, кажется, слышала возмущенные и взволнованные реплики, кажется, на меня надевали верхнюю одежду, а потом я резко оказалась на пронизывающем ветру горной вершины.

Это меня немного взбодрило, и я даже услышала клятву, которую выкрикивали перед началом боя Рэм с Гарнаром. Что-то о том, что проигравший берет на себя ответственность за себя и всех своих потомков и в случае поражения ни он, ни его потомки не будут претендовать на Рратское графство. Почему-то в конце клятвы упомянули и меня. В том смысле, что проигравший и его потомки на меня тоже претендовать не будут.

Если бы я к тому моменту чуть больше соображала, точно бы фыркнула. Да кто они такие, чтобы решать мою судьбу?! Гады! Просто гады! Чешуйчатые! Оба!

Я обязательно найду способ вернуться домой и постараюсь забыть этот мир и… Рэма, как страшный сон! Самый прекрасный страшный сон в моей жизни.

После клятв Гарнар, наконец, меня отпустил, но я тут же попала в заботливые руки принца. Он отвели меня подальше к толпе зевак и свидетелей. И пока я туда шла, поняла, почему эта гора называлась Сиреневой – снег, лежащий на ней, и правда имел такой оттенок. Даже стало интересно почему, но ненадолго – это был далеко не самый важный сейчас вопрос. К тому же, скорее всего, дело опять в магии.