Сторож достал ключи, старинную связку на огромном кольце, и принялся отпирать массивную дверь, чтобы впустить гостей в дом. Вероника засмотрелась на стоящую поодаль конюшню, где когда-то держала верховых лошадей для дочерей. Сама Вероника, как и Пол, была хорошей наездницей и с удовольствием совершала верховые прогулки по окрестным полям и лесам.

Дверь скрипнула совсем как в фильме ужасов, старик распахнул ее пошире и сообщил Элизабет и Веронике, что его жена наводит порядок в доме раз в неделю – впрочем, Вероника этому не поверила, сразу же заметив во всех углах паутину, однако промолчала.

На полу в холле была расстелена длинная обюссонская дорожка. Услышав подозрительный шум, Джульетта пригнулась и вскрикнула.

– Ах, черт! Здесь что, летучие мыши? – спросила она у матери. Остальные засмеялись.

– Вполне возможно, – ответила Вероника, – но днем летучие мыши спят.

Джульетта состроила гримасу ужаса, направляясь за сторожем в огромную гостиную. Вся мебель, накрытая чехлами, была на месте, шторы остались прежними, хоть и сильно выцвели.

Два прекрасных обюссонских ковра хранились скатанными в рулоны, камин поражал размерами. Дом все еще был полностью обставлен. Сторож открыл ставни, и в комнату заглянуло солнце. Вероника убедилась, что она все еще великолепна, и вспомнила, как ее дочери играли здесь в детстве.

Почти в такой же просторной столовой за столом могло рассесться человек тридцать, далее располагались гостиные поменьше и библиотека, полная старых книг. В кухне, наследии минувших веков, сохранились большие железные чайники и круглый стол, за которым Вероника когда-то кормила детей.

По длинной элегантной лестнице все пятеро молча прошли наверх, к многочисленным прелестным спальням для гостей и большой хозяйской спальне, при виде которой на Веронику нахлынули мучительные воспоминания. Еще совсем недавно она думала, что здесь, в шато, они с Полом были счастливы, по крайней мере, большую часть времени, но теперь твердо знала, что это неправда. И живым доказательством тому были Элизабет и Софи.

Старомодные ванные комнаты выглядели изысканно.

Всего на этом этаже располагалось шесть или восемь спален, а выше, под мансардной крышей с круглыми окнами «бычий глаз», – еще с десяток комнат поменьше, предназначенных для слуг. Сторож сообщил, что в цокольном этаже размещается большой винный погреб, кладовая, отопительный котел и место, где раньше подвешивали мясо для хранения."

"Шато оказался менее ветхим, чем предполагала Вероника, но почти в каждой комнате она заметила следы протечек.