— Это потрясающе!"

"— Рад вам угодить, ваше величество, — сказал маг, весь раздуваясь от гордости.

— Герберт! — потребовал король. — Заплати ему втрое! Нет, вчетверо!

— Благодарю, ваше величество, — расшаркался в благодарностях волшебник.

А Эдвин все стоял и не мог отвести глаз от лица Милины. Какой же прекрасной она была. Он лишь мог надеяться, что сын унаследовал ее черты.

— Герберт! Прикажи, повесить это в коридоре! Я хочу, чтобы Ричард по приезду увидел свою мать.

— Будет сделано, — сдержанно отозвался советник, явно не одобряя столь эмоциональное поведение короля при иностранном волшебнике.

* * *Путь в Аладиду выдался тихим и спокойным, погода стояла морозная, но ясная, снег за шесть дней шел лишь однажды, и им пришлось остановиться в одной из деревенек по дороге, чтобы переждать снегопад.

И вот, до Алаиды осталось всего ничего. Они ехали бок о бок по пустой дороге, не торопя коней. Путь подходил к концу.

По мере приближения к королевству Лорис заметно мрачнел и все больше молчал, чаще смотрел в небо и о чем-то думал.

— Может, расскажешь, что тебе тревожит? — не выдержал Гэбриэл в одно из таких «вверхсмотрений».

Лорис скривился.

— Можно подумать, ты не догадываешься.

Догадываться и знать что-то конкретно — понятия весьма разные. Конечно же, Лориса волновали мысли об отце их скорой встречи. Но что именно?

— Не знаешь, как себя вести? — догадался Гэбриэл.

Лорис помолчал несколько секунд, задумчиво покусал губу, а потом, наконец, не выдержал.

— Да я вообще понятия не имею, что делать, что говорить! — возопил он. — Я всю жизнь ненавидел его за то, что он предал мою мать, хотя еще не знал правды. А потом оказывается, что он не просто предал ее, а Предал, именно с большой буквы! А от меня вообще отказался, выбросил за дверь, как нашкодившего котенка, когда мне был всего год от роду, и я не мог ему ответить. И вот ты уговариваешь меня все бросить и ехать к нему.

— Никто тебя не уговаривал, — возмутился Гэбриэл.

— Тогда тебе следует следить за своим красноречием, — не согласился Лорис. — Ты из тех, кто способен вдохновлять людей, хотя и сам это не осознаешь. Думаю, если бы ты захотел, ты смог бы усмирить взбешенную толпу и, если не утихомирить окончательно, то хотя бы заставить бежать в одну сторону.

Гэбриэл усмехнулся.

— Вот только разгневанной толпы мне не хватало.

— В общем, ты меня понял, — отмахнулся Лорис. — Ты заставил меня задуматься, может, и не изменить свое мнение, то уж точно усомниться в нем. А потом, когда я увидел, что произошло в Иканоре, я окончательно растерялся. Просто чудовищно, что случилось с такой идеальной и, казалось бы, благополучной семьей Квинтано...

Гэбриэл помрачнел, вспомнив последние события.