— Скажите им все, как есть.

— Я тоже склоняюсь к этому варианту, — признался Ноквелл, — но нужно все правильно преподнести, чтобы не вызвать бунты. Люди растеряны, но, пожалуй, вы правы, правда — лучшее лекарство.

Мозги шевелились плохо, и до Эрилин не сразу дошел смысл их разговора, а когда она, наконец, осознала, о чем они говорили, то резко вскинула голову.

— Нет! — ее голос прозвенел во внезапно наступившей тишине, все удивленно повернули головы к ее месту во главе стола, то, что принцесса заговорила, было само по себе удивительно. — Хватит уже смешивать с грязью имя моей семьи! — отрезала Эрилин. — Я не хочу, чтобы позор моего брата стал всеобщим достоянием. Я не хочу пятнать его имя, отец бы этого тоже не хотел.

— Ваше высочество... — начал Ноквелл.

— Я сказала: НЕТ! — твердо произнесла Эрилин, отчеканивая каждое слово. — Я хочу сохранить хотя бы видимость чести Эмира. Он заплатил сполна, говорят, грехи смываются кровью, поэтому с него достаточно.

Ноквелл почтительно склонил голову:

— Как пожелаете, ваше высочество.

— Пожелаю, — отрезала Эрилин. Если можно сохранить хотя бы остатки чести ее семьи, она это сделает. — Придумайте что-нибудь. Скажите, произошел несчастный случай, упал с лестницы, порезался, когда брился, но ни слова о заговоре против отца и сатанидов.

— А что касается секретаря Ридока? — продолжал Ноквелл. — Он ушел. Отправить за ним отряд? Продолжить поиски?

Эрилин скривилась, голова снова потихоньку начинала нормально функционировать.

— Оставьте его, — махнула она рукой. — Сатаниды всегда были и будут, мы все равно ничего не изменим.

— И как мы его проглядели, — посетовал седой мужчина в конце стола, кажется, казначей, а вот имя его Эрилин вспомнить так и не смогла, непростительное упущение.

— Принцесса правильно сказала, — высказался до этого молчавший Гэбриэл. — Сатаниды были и будут ровно до тех пор, пока люди будут вестись на их удочку и бояться их. Даже само это название «сатаниды», их считают чуть ли не детьми Сатаны, а это всего лишь люди, самые обычные, просто искалеченные с детства и чуть лучше тренированные. Пока их будут воспринимать, как нечто сверхъестественное, у них будет власть.

Эрилин впервые посмотрела на него за этот день. Кровоподтек на скуле, припухшая нижняя губа, на запястьях бинты, но в остальном он выглядел бодрым и вполне здоровым. Принцесса почувствовала облегчение, иногда и она может прийти вовремя. Пожалуй, это единственное, чем ей следует гордиться за всю ее жизнь.

— Как Джоф Генти? — резко спохватилась она, забыв обо всех государственных делах.

Ноквелл глянул на Гэбриэла, предоставляя ему право ответить.

— С ним все в порядке, — сказал Гэбриэл, его глаза подтвердили: «Все хорошо, не беспокойся».