Потом сдавал половину в аренду – тоже хорошо поднимал. Вкладывал в строительство домов, держал пару автосервисов, и пару автосалонов.

В общем, бабло было. И хорошее. Пока однажды Оля не предложила мне вложиться в одно предприятие.

Нет, на первый взгляд там все было чисто – комар носа не подточит.

Строительство большого торгово-развлекательного комплекса с арендой земли и строительством коттеджного поселка рядом.

Просто Клондайк!

У Оленьки горели глаза, и секс был просто фееричным, мне это нравилось. Мне вообще нравилась ее безбашенность. Она могла запросто при всем честном народе сесть ко мне на колени, утянуть в коридор, подсобку, туалет, душ, в любой угол, встать на колени, расстегнуть ширинку…

И после этого скажите, что я не был мудаком? Конечно был!

Любой мужик, который думает головкой члена и яйцами – мудак.

Ладно, подстава была шибко красивая. Мы даже ездили смотреть место! Я проверял, блядь все документы! Правда, потом оказалось, что она моего юриста подкупила. Трахалась с ним за моей спиной, сука!

Черт… вжимаю в себя попку Ланы, понимая, что оставляю на ней синяки, впиваюсь ладонями в грудь… Она постанывает во сне…

- Сэм… Сэм…

Понимаю, что делаю ей больно, но…

Как раз тогда мы и познакомились с малышкой Ланой.

Я собирался вкладываться в строительство, Оленька повезла меня в колледж, знакомится с дочкой.

- Милый, она у меня уже взрослая девочка, просто я… рано родила…

Я не стал уточнять сколько ей было лет, знал – приврет! У нее в паспорте стояло, что ей тридцать три. Откуда у нее могла быть дочка шестнадцати лет?

Девчонку я, кстати, почти не запомнил. Олененок, на тоненьких ножках, видимо, вечно голодный, потому что мать отобрала у нее кусок торта, которым я угощал.

Правда, я тайно-таки передал ей коробку пирожных, через официантку в кафе, когда мы ушли, а девчушка осталась там с подругами.

Щенка подарил. Тогда уже видел, что девчонке не просто с такой авторитарной мамашкой.

Кто бы, блядь знал!

В общем, вложил я добрую половину своего капитала, чтобы однажды проснуться в пустом доме, в холодной постели.

Пошел, называется, с парнями в паб! Не помню, как возвращался, спал как убитый – хороший эль и виски – адская смесь!

Эта мразь вывезла из дома всю технику и свалила! Хорошо хоть дом был на мою мать записан, а то остался бы я вообще, с голой жопой на снегу.

Но мне еще повезло! Пусть без бабла, но я хоть на свободе остался! А Дина она могла посадить, хоть и недолго… Сука.

Нет, какая же она тварь!

И за какие-такие заслуги ей досталась такая дочурка? Ангелочек…

Или… тоже, продуманная?

От злости и воспоминаний всё внизу свербит. Опускаю руку, ощупываю колечко попки, просовываю палец. Она ахает, и стонет, пытаясь отползти, но я крепко держу ее рукой, поперек живота.