Что-то было не так! Сумрак вел себя не так! Или это неваляшка каким-то образом воздействовал на него и, соответственно, на возможности Иных? Не факт, что даже полноценный, мощный напор энергии «пресса» смог бы остановить, разметать водяной вал, а в таком виде движущаяся стена воды его даже не заметила, поглотила без остатка. Хмыкнув, Сибиряк провалился на более глубокие слои.

* * *Угорь отчаянно выруливал, съехав с трассы на целину, стремясь достичь аномалии раньше, чем поднятая неваляшкой волна доберется до «Волги». Где-то там, на полосе бессумеречной пустоши, где-то рядом с невидимым барьером должен был находиться Федор Кузьмич. Его собственных защитных чар даже на секунду не хватит, чтобы противостоять тем силам, что метались от реки к магическому куполу, что лавиной двигались через луг в сторону тайги и трассы. И амулетов Евгения может не хватить, хоть и заряжена часть из них руководителем областного Ночного Дозора, Высшим магом! Одна надежда – на мощную современную машину да на то, что удастся найти Денисова раньше, чем тот попадет под удар.

Он почти успел, он почти проскочил. Волна задела заднее крыло автомобиля по касательной, и как бы ни был салон накачан магией – защита смялась в одно мгновение.

А в следующее Угорь осознал себя уже в другом месте. Он по-прежнему сидел за рулем серой «Волги», по-прежнему двигался куда-то, вот только управлял машиной не он. Плотный туман, какой можно встретить на одном из слоев Сумрака, заполнял салон. Призрачный корявый лес извивался слева и справа, крючковатые сухие ветви мертвых деревьев царапали краску на капоте, скреблись в боковые окна. Машина без желания и помощи оперативника, сама по себе переместилась сюда из реального мира, и теперь Сумрак постепенно отбирал не только управление ею, но и что-то еще отбирал. Почему-то вспомнилась песня:

Облако тебя трогает,Хочет от меня закрыть.Милая моя, строгая,Как же я хочу рядом быть!Облако – вот оно. Действительно, трогает. Словно со стороны, без каких-либо эмоций наблюдал дозорный за тем, как бледнеют его руки, как постепенно становятся прозрачными колени, как проваливаются сквозь педали ступни. Он растворялся, его разъедало, будто в агрессивной среде, каковой, по сути, являлся глубокий Сумрак для неподготовленного Иного. Не было боли, не было страха. Погружение обещало покой. Где-то за спиной вспыхивали огни нешуточной битвы, люди и Иные носились со своими бедами и заботами, противостояли друг другу вечные, как мир, Свет и Тьма, а Угорь таял на водительском сиденье и получал от этого истинное удовольствие. Оказывается, упокоиться – это даже приятно.