– Кто же композитора встретил?"

"– Во-от, это самое антиресное! – расцвел Ленька. – Бандюгану-то вдогон Лешиков отправили, волчат наших. Оне у нас заместо отряда быстрого реагирования. Прикинь, три друга, три оборотня – и все Ляксеи! Токма фамилии разны. Ну, оне его так и не сыскали. Зато на обратном пути Михальчука увидали – у того аккурат тогда машина из строя вышла. Ну, оне же всего оборотни, что с йих взять? Заместо того чтобы подмогнуть ему да сопроводить в Загарино, оне докладать Хозяину помчались. А тут на шчастье из райцентра возврашшались Аленка с Васькой – она на почту ездила, а он кукурузу на овошчную базу отвозил. Оне смекнули, что что-то не так пошло, ну, высадил Васька Алену, а уж она потихоньку стала обрабатывать Михальчука. До Загарино-то его доставила, а что дальше с им делать – не знат. Хозяин-то в тот момент был… в обшчем, не было его на месте, ну и пришлось ей импровизировать. Пока те, кто постарше да поумнее, решали, как им заместо дядьки Спиридона Михальчука заморочить, она уж собственные чары навела. Никто ить не знал, что у ей талант такой – музыкой морок создать! А она композитору чегой-то там напела – он и рехнулси! Увидал, как наяву, что будто бы Алену убил. У-у-у, какой утром шухер был! Потом, когда объяснили Михальчуку, что такое она с ним сотворила, какой обман зрения произвела, он на радостях в нее и влюбилси. Это ж надо, говорит, я всю жизнь мечтал, всю жизнь училси, чтобы музыкой на людей воздействовать, а эта Алена ваша – наша тоись, – она же, говорит, самородок! Ну, почти сразу заявление в сельсовет и подали, а вот третьего дня с городского загсу уже выправленные документы привезли, что она теперича евойная супружница. Так что композитор чичас спокойно трудится, а жена его заместо дядьки Спиридона – и в доме его живет, и работу его делат. Ну, не всю, конечно, – слабовата она, чтобы зов поддерживать да путь отслеживать. А вот гостей встренуть – это мы теперича токма ее и посылам. Но это редко надобится, а в основном она мужу помогат.

– А для чего же композитор Хозяину понадобился? Гимн общины написать?

– А это, Коля, не тваво ума дело! Ты спрашивать – спрашивай, а куды не надыть – не лезь!

Николай пожал плечами, переместил завернутого в одеяльце Данилку с левой руки на правую, задумчиво произнес:

– Откуда ж мне знать, про что можно спрашивать, а про что нельзя? Ты вот все время говоришь – в город съездили, из города привезли, на почту, на овощебазу, туда-сюда… Об этом можно говорить?

– Отчего ж нельзя? – удивился Ленька. – Чай, город не запретный!

– И вы вот так спокойно в него ездите?

– А что ж не ездить?!

– А рассекретить себя не боитесь?

– Вот дуро! – обрадовался Ленька.