Как будто он уголовник! Что «рыжий», что «лысый» – один кошмар! По опыту предыдущего года Ванька знал, что переубедить студенческую толпу невозможно. Пусть у него десять раз волосы отрастут хоть до задницы, хоть до пят, а быть ему на курсе «лысым» до следующих каникул – это как пить дать!

– А вапче-то так очень даже… антиресно! – приглядевшись получше, воспряла духом парикмахерша. – Этак… заметно вышло, ни с кем тебя не перепутать. Ежельше нахмуришься – вапче выходишь вылитый гангстер!

Ванька притих, повертел головой так и этак. Уголовником ему выглядеть не хотелось – кому же хочется? Но гангстер… Гангстер – это совсем другое дело.

Это романтично. С детства Ванька любил книжки про благородного разбойника Робин Гуда и лихого пирата сэра Генри Моргана – а ведь, по сути-то, кто они, если не гангстеры, грабящие буржуинов? Но в веках оба запечатлены как герои. «Ваня Белый» – это звучит солидно, разве нет?

Он действительно нахмурился – чтобы проверить, насколько грозно смотрится со сведенными бровями. Однако девчонка поняла по-своему, забеспокоилась пуще прежнего.

– А хочешь, я тебе наколки на плечах сделаю? – предложила она поспешно, стараясь задобрить недовольного городского клиента.

 – Ты не боись, не взаправдашние наколки! Я тебе хной на плечах могу какой хошь рисунок нарисовать! Хошь – кинжалы, хошь – тигриную башку, хошь – орла с клювом. Хна – она на плечах темненька будет, с-под загару красиво! Через месяц смоется – можно будет новые картинки нарисовать.

Ванька подумал. Благородный гангстер с наколками – это еще лучше.

– Змей хочу. Змей сможешь нарисовать?

Вот и вышло, что пропустил он дневной автобус.

Зато теперь на его плечах, зацепившись хвостами за ключицы, свисали до самых локтей две страшенные змеюки с разинутыми ртами, с торчащими зубищами и раздвоенными языками.

Хмурый – в образе! – хотел он отсчитать девчонке положенные за стрижку двадцать копеек, но вдруг понял, что в таком новом виде нравится себе невероятно. Ему вдруг даже стало наплевать, что скажет Игорь, как прозовут его однокурсники. Ваня Белый – человек настолько самодостаточный и уверенный в себе, что на мелочи навроде кличек внимания обращать не станет.

И потому он расщедрился – вынул из кармана брюк смятый рубль. Парикмахерша расцвела.

– Таперича бы мне сообразить, – специальным голосом, которым наверняка разговаривают все гангстеры, произнес Ванька, – как до Кривой сосны добраться. Не ждать же вечернего рейса?

– Не ждать! – охотно согласилась счастливая обладательница нежданного рубля. – У нас чичас вторая смена на дальни покосы отправляицца. Больший путь проедешь на «зилке», а там от поворота тебе до Кривой сосны минут сорок всего чапать.