– Неужели ты думаешь, что в машине Качашкина не найдется чего-нибудь, что можно будет и-ден-ти-фи-цировать как оружие? Вот тебе и официальный повод для задержания. А не обнаружится оружия – так я же знаю, чья машина-то! И где хозяин? Уж не угнали ли вы энти «Жигули»?
– Хорошо, Федор, допустим. А дальше-то что? – Темный руководитель уже не ерничал, внимательно изучал лицо участкового. – Пристрелить ты нас за просто так не пристрелишь, даже если и впрямь в багажнике какой-нибудь тесак найдешь. Не таков ты. Что тогда остается? Наручники наденешь? В тюрьму повезешь? Так через двадцать, тридцать, ну, пусть через сто метров закончится эта пакость, и мы опять местами поменяемся.
– Тебя покамест слушаю.
– Я закончил. Теперь что скажешь?
– Ты не знаешь, где границы прорехи, Аесарон, а я знаю. С чего-то ты вдруг решил, что я тоже внутри аномалии нахожусь.
– Чего ж ты тогда так долго ждешь? – пожал плечами Аесарон. – Давно бы уж напялил на нас свои хитроумные кандалы, а потом бы разговоры разговаривал. А? Нет, Федь, мнится мне, что ты блефуешь.
– А ты проверь, – легко предложил Денисов, шевельнув стволом пистолета."
"Наступил самый ответственный момент. Какою бы ни была цель поездки во Вьюшку – предварительная беседа с Николаем, заключение сделки, принуждение или похищение Катерины, – дураком Аесарон не был и потому должен был понять, что такие сложности ему ни к чему.
Наконец Денисов ощутил перелом.
– Хорошо, Светлый. – Аесарон выдохнул и отступил на полшага.
Комментарии
Добавить комментарий