— Что скажешь?

— О, боже, Эйден! — как завороженная прошептала она, прижав к губам кончики пальцев. — Раздетый ты еще красивее.

Он с облегчением выдохнул.

— Рад, что тебе нравится.

Сорвав перчатки и отбросив в сторону, Джессика соскользнула с кровати и повернулась к нему спиной.

— Помоги мне.

Эйдена не нужно было просить дважды: он понимал ее состояние, и ему это нравилось. Он быстро расстегнул пуговицы на красном платье, а закончив, коснулся губами ее шеи, наслаждаясь сладким ароматом.

Джессика чуть наклонила голову, пока он тянул платье вниз, потом переступила через него и повернулась к нему — в корсете, нижней рубашке и чулках.

— Ты знаешь, как снимать корсет? — щеки у нее вспыхнули. — О господи! Конечно, знаешь, ты же дамский угодник.

— Тшш.

Он прижал ее к своему обнаженному телу и принялся целовать, в то время как пальцы проворно распускали шнуровку на корсете. Дьявол! Да, ему было известно, как это делается, но он никогда в жизни еще так не радовался этому.

Через несколько секунд корсет со стуком упал на пол. Эйден отстранился, его покачивало, от с трудом сдерживаемого желания. Джессика взялась за нижнюю рубашку, чтобы снять ее через голову, и от предвкушения вида ее нагого тела он содрогнулся.

Она наклонилась, двумя руками взялась за край рубашки и подняла ее до бедер, явив его взору стройные ноги, потом подняла взгляд.

— Прежде чем я… Эйден?

— Да, любимая?

Ему пришлось приложить все силы, чтобы не дать себе разодрать эту чертову рубашку, но он стиснул зубы и принялся ждать. Ее явно что-то беспокоило."

"Брови у нее слегка сдвинулись к переносице.

— Мне известно, что ты далеко не ангел, но я… Мне будет нелегко смириться… смириться… — она прикусила губу и отвернулась.

— Смириться с чем?

О чем это она? Было очень трудно сосредоточиться на словах, когда ее руки комкали рубашку в каких-то дюймах от того места, где соединялись бедра.

— С лю… любовницей! — выпалила Джессика, покраснев до корней волос.

На сей раз Эйден аж впился зубами в щеку, чтобы не расхохотаться в голос. Она была так серьезна! Но ему было не до шуток. Он положил ей руки на плечи, прямо и честно посмотрел в глаза. Ему хотелось, чтобы она поняла, насколько для него это важно.

— Не беспокойся, любовь моя. Я знаю тебя достаточно хорошо, чтобы понять, что ты не станешь терпеть любовниц. У меня не будет ни одной, обещаю, — говоря это, большим пальцем он приподнял ей подбородок, потом мягко провел указательным пальцем вдоль шеи. — Поверь, я ни о ком и думать не могу, кроме тебя. Я твой и только твой.

Его палец спустился к ее груди. Дьявол! Если они продолжат эти переговоры, он сойдет с ума.

Джессика на миг закрыла глаза, и ее прекрасное лицо осветила тихая улыбка. Он сумел ей угодить, вне всякого сомнения.