Глава 64

POV Агата

Звук торопливо поворачиваемой ручки, еще и еще, а затем гулкий удар в дверь, и я слышу его голос:

— Агата, открой!

Что, опечалился, дорогой? Сорвалась рыбка с крючка?

Почти рывком отрываю себя от пола и заставляю идти вглубь квартиры, на ходу утирая потоки слез с лица и вздрагивая от долбежки в дверь, а потом и трели звонка. Нет меня больше, Демид. Умерла! Ты сам меня только что прикончил, хладнокровно провернул ржавый, тупой тесак в груди, там, где когда-то что-то билось для тебя одного.

Задний карман джинсов разрывает вибрация телефона и я тут же достаю его и смотрю на такое любимое, улыбающееся, но, увы, лживое лицо. Скидываю и тут же со всхлипом вношу номер в «черный список». Все, спектакль окончен. Хэппи энда не будет. Можете расходиться.

Грудную клетку выламывают рыдания и мне сейчас не хочется их сдерживать. По стенке, на трясущихся ногах ковыляю в ванную комнату, где врубаю душ на полную мощность. Здесь, за закрытой дверью и под шумом капель воды, я отпускаю себя и свои раздавленные чувства на свободу. Стоять сил нет, и я падаю, уткнувшись лбом в колени и почти растворяюсь в этом предательстве. Сердце на вынос, от него совсем ничего не осталось, только жалкая горстка разбитых осколков — вот и всего. Это уже даже не плачь, это отчаянный вой.

Как справиться с этой болью, как ее пережить? Что вообще нужно сделать теперь, чтобы научиться заново дышать полной грудью? Как убедить себя в том, что нас просто никогда не было друг для друга, что я эту сказку себе всего лишь выдумала? Ни на один из этих вопросов я не знала ответа.

И где-то там, за пределами этой ванной комнаты еще раздавался стук в дверь, и почти оглушительная трель звонка капала ядом на истерзанные нервы. Господи, пусть он уйдет, просто уйдет из моей жизни навсегда. Что еще ему от меня надо?

И я закрываю ладонями уши и медленно раскачиваюсь из стороны в сторону, не в силах заглушить, ни агонию в своей душе, ни шум вокруг себя.

Я не знаю, когда наконец-то покинула душевую, но понимала одно — больше никто не ломится в дверь, не кричит и не просить открыть ее. Все, тишина. Дошло, наконец-то.

Мне казалось, что я выплакала все слезы, но это было не так. Я легла в постель и закуталась в одеяло, отстраненно понимая, что теперь соленые капли беззвучно катятся из глаз. Снова и снова…

Я как на репите проматывала в голове наше прошлое и с ужасом понимала, что теперь-то пазл сложился. А я, наивная идиотка, действительно тогда поверила, что он месяц ждал, когда я с Ильей расстанусь. Ну точно! Сидел на завалинке, куковал, роняя скупые слезы. С Кариночкой он своей отрывался, а потом заметил мой влажный взгляд и вцепился в меня бульдожьей хваткой, разрывая меня на куски так легко и играючи.