— Сколько лет, сколько зим, братишка! — я ухмыльнулся.

— Привет, Давид, — сдержанно ответил братец, — ты так и не появился у отца. Что это значит?

— Слушай, времени не было. Давай в другой раз.

— Где ты? Я сейчас приеду.

Я глянул на ожидающую Аню и рассмеялся:

— Ты не входишь в мою ночную программу, Рустам. Если только о подарке мне что-нибудь расскажешь.

— А что о нем рассказывать? Ты о том дне, когда тебя выпустили?

— Да, — сказал, думая о Жасмин, — хочу все знать, братец.

Последний раз мы с братом виделись в тюрьме, а темы для обсуждения есть.

Одна из них — Жасмин.

Хочу знать, где он ее нашел и ту информацию, что Алероеву нарыть не удалось. Тот сказал, все шито белыми нитками. Не подкопаться к Жас. Стоят за ней, причем крепко.

— Ну, у меня есть кое-какая информация, — в его голосе послышалось удивление.

— Тогда приезжай, — я довольно прищурился, — у меня охренеть как много вопросов по ней.

— Мне лучше не светиться. Найдешь меня на втором этаже, — добавил отрывисто.

Я назвал брату адрес и бросил трубку.

— Может, уже поедем к тебе? — предложила миссис силикон, пересаживаясь на мои колени.

В этом я не был уверен.

Пальцы обжигала очередная сигарета, а меня особо не вставляло. Я начинал злиться. Полная хрень.

Зря я отпустил бриллиант.

Такими темпами могу не сдержать свое обещание. Откопаю адрес квартирки, заявлюсь, поставлю Жасмин перед фактом. Может, даже цветы подарю. Если в мыслях о том, как буду трахать ее, не забуду заехать в цветочный.

— Знаешь, как мы поступим?

— Как? — заинтересовалась девица.

— Я дам ей срок еще в пару дней. Если из головы не уберется, ей же хуже.

Аня моргнула глазками и снова глупо улыбнулась:

— Утром я сделаю тебе вкусный завтрак.

Я откинулся на диван, позволяя Ане крутиться усерднее. До утра ты навряд ли задержишься, но лелеять надежды можно.

— Дождемся одного человека и поедем, — решил я.

— Мм… — простонала она, — ты даже не представляешь, что я умею. Ты не пожалеешь.

Я расслабился и даже вовлекся в процесс.

Пока перед глазами снова не появилась она.

В этот раз на ней было платье. Изящное — смесь красного и черного. Идеальный бордовый. С вырезом на бедре.

Я нахмурился. Слишком четкой была картинка.

— Давид…

Аня села рядом, призывно выгибая спину.

Уперлась грудями в мои плечи, тактильно зазывая.

— Давид, кто она? — услышал сквозь дурман.

Девица ткнула пальцем на дверь.

И я понял, что эта Жасмин никуда не уйдет. Это не мое воображение.

Настоящая Жас смотрела с укором, как я обнимаю другую. Прямые волосы скрывали вырез на груди, новый облик ей шел.

— Здравствуй, Давид, — сказала Жасмин.

Я замер, с прищуром смотря в призрак перед собой.

А потом дошло. Ни хрена это не призрак, твою мать.

Я встал, сбрасывая настойчивые руки Ани с моей ширинки.