Оделась, как обычно. И даже волосы уложила, как обычно. Все так, будто я не горюю. Будто я уже забыла о своей потере.

Но ведь это не так. Я только два дня назад не понимала, как могут все люди вокруг жить привычной жизнью, когда у меня погибли родители, и вот я сама будто стараюсь забыть.

Это мысль гложет меня всю дорогу.

Я настолько рассеяна, что даже не замечаю, как мы приехали. Мимо сознания проходит подъем на мой этаж. Я на автомате достаю ключи и хочу открыть дверь, но Марич придерживает меня за плечо.

– Анастасия, не лезь вперед мужчин.

Он произносит это почти мягко. Ну насколько мягко вообще способен говорить Марич.

Похлопав глазами, я вкладываю связку в протянутую ко мне ладонь.

Один из бугаев, что пришли с нами, отпирает дверь, и, заглянув в квартиру, я замираю. До меня не сразу доходит, что именно я вижу. Уже в прихожей заметны следы гулянки. Как будто последний курс здесь отмечал защиту.

Осторожно переступив порог, я машинально ставлю сумку на полочку, и в этот момент меня бросает в сторону. Не понимая, что происходит, я поднимаю глаза на Марича, дернувшего меня на себя и впечатавшего в свое тело. Его лицо не выражает ровным счетом ничего, я перевожу взгляд туда, куда смотрит он, и меня прошибает пот.

Три дротика торчат из его плеча, которым он меня заслонил.

Глава 7

– Ты в порядке? – не глядя на меня, спрашивает Марич.

Бугаи, пришедшие с нами, напряженно водят из стороны в сторону дулами, откуда-то взявшихся стволов.

Я в жизни своей оружия настоящего ни разу не видела. У отца, разумеется, была охрана, но на моей памяти у нее оно никогда не покидало кобуры.

Мозг находится в каком-то ступоре, отстраненно регистрируя происходящее, но отказываясь его понимать. Маричу приходится повторить свой вопрос, прежде чем я осознаю, что означают слова в этом коротком предложении.

Я снова поднимаю глаза на его лицо. В порядке?

Разве можно сейчас быть в порядке?

– Ты цела? – терпеливо, как больного ребенка, переспрашивает Марич.

Этот вопрос попроще.

И я медленно киваю.

– Александр Николаевич, тут никого нет, – доносится до нас из глубины квартиры сиплый голос одного из парней в форме.

А я даже не заметила, как он прошел…

Стволы опускаются.

Охранник нарисовывается в дверном проеме, ведущем в гостиную, и я только сейчас понимаю, что даже для такого крупного мужчины, как он, у него слишком плотный торс. Похоже, на нем бронник.

Он поднимает с пола какие-то дощечки и тянет за леску.

Откуда это все? У меня в квартире ничего такого не было!

Я все еще не могу вымолвить ни слова и только молча таращусь на охранника, благодарная за то, что Марич забыл или не захотел выпустить меня из рук.

– Самоделка, такую даже ребенок соберет, – растерянно чешет голову второй бугай. – Больной на всю голову ребенок.