– Да ты и сам глянь, Никитушка, вона какие волны побежали, поди, идёт в нашу сторону переговорщик с проверяльщиком!

С противоположного конца залы действительно показалась странная двухэтажная фигура, размахивающая белым флагом. Кое-как добравшись до нас, один человек в капюшоне, сидевший на плечах другого человека в капюшоне, ещё раз показал белую тряпочку и хрипло заорал:

– Что вы тут… э-э… себе позволяете?!

– Полы моем, – важно ответил Митька, и Яга на его плечах согласно кивнула.

– Но… э-э… вы с ума посходили, да?

– Как и было указано, вымываем весь дворец сверху донизу так, чтобы полы блестели, – вступился я. – Никаких посторонних средств, запрещённых условиями поставленной задачи, мы не использовали – только напёрсток и платок. Кстати, где он? А, у тебя, Митя, ну не сморкайся в него пока…

– Кощей вас за это всё поубивает! Он не станет… э-э… терпеть подобную наглость в собственном… э-э… доме!

– Ну, так пусть сам придёт и скажет, чем конкретно недоволен. А слушать его рабов нам неинтересно…

– Я не раб! – возмущённо взревел парламентёр.

– Раб, слуга, наёмник, лично мне, господин Труссарди, это без разницы… Нам дали задание, мы его выполняем до тех пор, пока не наступит вечер, а там гражданин Бессмертный сам приплывёт принимать нашу работу.

– До вечера мы тут все утонем!!! – совершенно теряя голову и откидывая уже ненужный капюшон, завопил бывший директор цирка.

Мы трое, без улыбки, развели руками. Дескать, что поделаешь, все так все…

– А, чёрт бы вас… э-э… побрал! Кощей велел передать, что работа принята.

– Претензий нет?

– Нет! Вы великолепно справились, только… э-э… прекратите этот водоразлив, идиоты!

На заклинание уменьшения напёрстка ушло втрое меньше времени.

Труссарди, пихая пятками своего же циркового атлета, подгрёб поближе и, едва дыша от ненависти, прошипел:

– Ваша вторая служба – до полуночи убрать… э-э… всю эту воду! Не справитесь, так… э-э…

– Греби-ка ты отсель, говорун двуличный, – сурово принахмурилась бабка. – А то, не ровён час, прилипнешь навек к своему товарищу, ить и в уборную толком не зайдёшь…

Господин директор побледнел, силач тоже, через минуту ими уже и не пахло.

Доставать маленький напёрсток со дна «озера» никому не хотелось, а по поводу разрешения второго задания мысли в голову не торопились. На этот раз золотую идею спасения выудила наша мудрая старушка. Вернее, идею стоило бы назвать оранжевой или даже багровой…

– Я ить тут, грешным делом, у Кощеюшки вещицу одну позаимствовала. Сама знаю, что нехорошо, да уж больно в хозяйстве пользительно.