Плавал вверх лицом, всякое бывает… Возможно, ударился при падении о водоплавные дрова[88] и провалялся на них несколько часов, прежде чем соскользнул…

– Упорствует? – констатировал Алексей.

– И не он один. Там целый скандал вырисовывается. Грессер получил сигнал от участкового пристава, что Департамент полиции лезет в его дела. Ведет собственное дознание! Петр Аполлонович рвался к Толстому, но граф, как водится, уехал на все праздники в Маково[89]. Он к Иван Николаичу…[90] Тот спросил меня, я дал разъяснения. В результате Дурново подтвердил приказ Плеве, и теперь мы с тобой ведем дело на законных основаниях.

– Ясно. Что анализ воды? Чай, сделали его за неделю?

Благово тут же сунул помощнику второй листок:

– Сделали, и вот результат.

Алексей стал читать, сразу запутался и потребовал объяснений:"

"– Какие такие зооглейные колонии? Я, конечно, окончил полный курс гимназии, но потом очень много стрелял. Видимо, все мозги себе отбил.

– Видимо, так, – с сожалением ответил вице-директор. – Тогда слушай. Невская вода очень легкая, в ней мало минеральных солей. В том числе и известковых, что плохо – известь имеет полезное свойство убивать бактерии.

Так вот, знай, что водопроводная питерская вода содержит в себе бактерий намного больше, чем сама Большая Нева. И все из-за упомянутых тобой зооглейных колоний, которые не что иное, как слизистые концентрации бактерий. Достаточно положить в Неву любой предмет, хоть камень, хоть водопроводную трубу, и сразу на нем, этом предмете, начнет накапливаться слизь. А в трубах так вообще от нее нет спасения! Просвет в них постоянно забивается слизью и, стало быть, скопищем болезнетворной дряни.

– А что, в самой реке их меньше? – не поверил Лыков.

– Во много раз. Дело в том, камер-юнкер, что все бактерии в Большой Неве давно подсчитаны учеными. Их там на кубический сантиметр всего-навсего шестьсот-семьсот штук. А в трубе водопровода уже семьдесят тысяч!

Камер-юнкер поморгал и спросил:

– А что такое кубический сантиметр?

– В простом линейном вершке четыре целых сорок пять сотых сантиметра. Кубический сантиметр в таком случае меньше кубического вершка примерно в восемьдесят восемь раз.

– И что выходит? Та вода, которую я набираю из крана на Моховой, в тысячи раз грязнее, чем в самой реке?

– Бактериально – да, и это полезно знать.

Пейте с Варварой только отварную воду[91]. Сырую ни-ни!

Лыков стал читать дальше, и у него опять возникли вопросы:

– Бактерии ладно, черт с ними. Но тут еще какие-то диатомеи, вибрионы, монады и ресничатые инфузории… Ой! Еще хиломонады, криптомонады и амебы. Пожалейте георгиевского кавалера, разъясните.

– Уже и крестик свой приплел… – скривился действительный статский советник. – Лишь бы не думать.