Вначале, конечно, сделал мерки под составляющие пороха, повозиться пришлось, пока все вымерил. Потом договорился с двумя девушками, объяснив им и показав, что и как надо делать. Единственное, что оставил пока за собой – это смешивание составляющих пороха. В дальнейшем, приглядевшись к работницам, определю, какая из них более ответственная, ту и поставлю вместо себя."

"И все-таки забрал я Литона у Вирона… Старик уже втянулся управлять плотниками, вот и пусть продолжает, а у меня тоже работы для плотника полно. Сегодня с утра озадачил Литона изготовлением крутящегося барабана для перемешивания пороха.

Плохо то, что мне лично придется учить и учиться самому. Знаю, как сделать стекло, зеркало, но ведь никогда этого не делал. Вот и придется все делать методом проб и ошибок.

Вот сейчас я сижу и пытаюсь сделать горючий шнур, еще вчера заказал гончару несколько маленьких кувшинов, хочу попробовать сделать что-то наподобие ручных гранат. И вот так целыми днями… Конечно, много уже сделано и наметились пути движения, но еще очень далеко до результата.

Ужинал один, все уже привыкли к тому, что я часто не появляюсь ни в обед, ни на ужин, и меня никто не ждал.

Добрался до своих покоев и завалился спать.

Рессоры уже отковали, и завтра с утра начнем их собирать и устанавливать на карету. Шнур я сделал, пусть и провозился с ним весь день, записал всю последовательность изготовления – и запись сделал по-русски, мало ли что там в дальнейшем. Теперь можно кого-то ставить и учить, скорей всего, кого-то из женщин – женщины более усидчивые и ответственные, и им можно спокойно доверять такие работы. Надо завтра дать задание Ульху нанять в замок молодых девушек из близлежащих сел, работы очень много, так что без дела никто не останется.

Уснул, как только голова коснулась подушки, но среди ночи меня разбудил набат и крики.

– Тревога, нападение! – несколько раз прокричал мужской голос и смолк.

Я вскочил, как будто и не спал, влетел в штаны и, не обуваясь, стряхнув с меча ножны, выскочил в коридор. Не успел добежать до лестницы, как в дверь вломились четверо неизвестных в черных хламидах и с масками на лице. «Шандорские убийцы», – мелькнуло в мозгу, и это было очень серьезно.

Я, двигаясь им навстречу, перешел в ускорение. Все четверо бросили в меня кинжалы, но в ускорении все движения воспринимались как в замедленном кино, и я смог отбить три из них, а вот четвертый попал мне в предплечье левой руки и там застрял. Может быть, не пытайся я поймать один из летящих в меня кинжалов, ничего бы и не было, но так уж вышло.

Погасив боль и отгородившись от нее, я, переложив меч в левую руку, выдернул кинжал из предплечья и бросил его обратно.