Пасмурная погода и нависший туман вносили свою лепту в общее впечатление, но это была не единственная причина, почему все выглядело таким непривычным. Все равно, решила Жизель, здесь великолепно. Она глубоко вдохнула и вдруг ощутила вкус бунтарства и вызова, который бросала эта земля всем, кто собирался жить и выжить на ней. Ей стало понятно, что она сможет полюбить это край так же сильно, как любит одного из его сыновей.

На ходу она уставилась в широкую спину Найджела. Сейчас, когда он наконец оказался на шотландской земле, она физически чувствовала, как ему не терпится оказаться дома, среди родных.

Жизели хотелось вместе с ним разделить эту радость ожидания. Ее обвиняли в убийстве собственного мужа, и она до сих пор не была уверена, что Найджел считает ее невиновной. Не верилось, что его семья примет ее как почетную гостью. Даже если они позволят ей въехать в их замок и любезно предложат убежище, вслед за ней придет огромное количество проблем. Притащить на хвосте такой багаж к воротам дома, который предложил ей гостеприимство, было по крайней мере невежливо. Жизель решила, не откладывая, расставить с Найджелом все точки над i, и тут он дал команду остановиться на ночь.

– Невежливо? – Найджел бросил расседлывать лошадей и изумленно уставился на Жизель. – Ты беспокоишься из-за того, что покажешься невежливой?

– Я беспокоюсь не только об этом, но и об этом тоже, – ответила она. Найджел смотрел на нее так, как будто весь свой ум она отправила за борт вместе с содержимым желудка во время плавания. Жизель моментально ощетинилась. – Просить убежища человеку, за которым гоняется пол-Франции, отнюдь не мелочь. И позволю себе напомнить, что кое-кто, например, ты, так и не верит в мою невиновность в убийстве мужа.

– Я поручусь за тебя, и ничего им больше не нужно знать.

Выругавшись про себя, она развела костер и постелила им, пока он занимался лошадьми. Достала кое-какую еду из сумок, и только тут до нее дошло, что он только что сказал. Он собирался поручиться за нее. Жизель отбросила вспыхнувшую было надежду, что Найджел наконец поверил в то, что она невиновна. Он сказал не так. Он мог просто иметь в виду, что убедит свою семью, что она не убьет его, что не стащит их драгоценностей и не сбежит под покровом ночи.

У нее не было возможности узнать, что на самом деле он хотел этим сказать, поэтому не нужно было придираться к каждому его слову.

Разложив еду на постели, она ушла от костра, чтобы успокоиться и смыть с себя дневную грязь. Нужно было побыть одной, чтобы не видеть Найджела, чтобы внутренне собраться. Ей ничего не даст, если она потребует, чтобы он объяснил, что означает это поручительство. Потому что, если он с самого начала не скажет, что верит, что она не убивала мужа, ей станет больно.