Иногда попадаются камни со слабым оттенком других цветов, их превеликое разнообразие: соломенно-желтый, бурый, красноватый, грязно-зеленый… Среди ювелиров такие камни именуются «с надцветом» — и стоят гораздо меньше, нежели алмаз чистой воды. Однако в данном случае перед нами совершенно прозрачный, но густо, равномерно окрашенный камень. Именно такие — розовые, красные, синие, желтые, черные — ценятся гораздо выше, чем прозрачные камни чистейшей воды. Нельзя сказать, что перед нами настоящее сокровище, но после огранки такой камень будет стоить очень и очень дорого…

Его бледные щеки чуточку раскраснелись, а в голосе появилось отсутствовавшее прежде воодушевление, которое так и тянуло поименовать поэтическим. Разговор явно зашел об одном из тех предметов, что занимали старого ювелира до глубины души.

— Одно мне непонятно… — чуть погрустнев, продолжал ювелир. — Это очень странный алмаз…

— Чем? — с живым интересом спросил Савельев.

— Непонятным происхождением, — ответил ювелир. — Это, безусловно, алмаз, и прекрасный, но вот откуда он, я решительно не понимаю. Он не индийский, не бразильский, не австралийский… Он будто бы ниоткуда. Ни к одному из известных месторождений он не может принадлежать.

— Вы уверены? — бухнул Рокотов.

Метнув в него взгляд, который можно было, учитывая флегматичность ювелира, назвать испепеляющим, Пауль Францевич не без ядовитости осведомился:

— Роман Степанович, вы с небольшого расстояния без труда отличите гусара от пехотинца, или, скажем, артиллериста от драгуна?

— Безусловно.

— А каким образом?

— Ну это же очевидно…

— Совершенно верно, — подхватил Пауль Францевич. — Это ведь так очевидно! Есть некий набор внешних качеств, который позволяет знающему человеку в мгновение ока понять, гусара или артиллериста он перед собой видит… Именно так обстоит и в нашем деле: существует набор внешних признаков, по которым наметанный глаз моментально отличит индийский алмаз от бразильского, а тот, в свою очередь — от австралийского. А этот камень… Он словно бы ниоткуда, его невозможно причислить ни к одному из известных месторождений. Африка… Нет, не похож. Главная странность — эта вот субстанция, в которую камень заключен. Она достаточно мягкая, как вы сами убедились, похожа скорее на известняк или вулканический туф… Но ее просто не должно быть!

— Почему?

— Хотите выслушать короткую лекцию?

— С превеликой охотой."

"— Понимаете ли, сам способ образования алмазов до сих пор не разгадан, — охотно начал Пауль Фрацевич с тем же завороженным выражением лица. — Как они сформировались и где, никому неизвестно.