— Хоть и странствуешь ты по векам, прыгаешь, как зайчик по огороду, а все равно невежа, уж не посетуй… Какой же это ад? Это лунная поверхность, то есть естество природы… Вот они!

И они долго, зачарованно, удивленно рассматривали белесые фигуры в костюмах наподобие водолазных, передвигавшиеся по равнине под черным, усыпанным звездами небом как-то удивительно легко, будто балетные танцоры.

— Флаг ставят… — прошептал Тягунов. — Ну, это дело мы понимаем, я бы на их месте тоже поставил… Однако флаг-то, Аркадий Петрович, натуральнейших Северо-Американских Соединенных Штатов…

— Ах, эти… — понятливо подхватил князь.

 — Взбунтовавшиеся колонии… Нет уж, Мокей, ты мне покажи наших на Луне, чтобы был штандарт Российской империи…

Шар остался темным. «Увы, Феденька, увы… — подумал Савельев. — Не будет на Луне наших, да и Российской империи не будет… правда, потом она возродится на несколько десятилетий под другим названием и монархом, который, строго говоря, не монарх — но потом все же развалится… Только нельзя тебе этого знать, изобретатель ты наш чертов, чтоб тебе ни дна, ни покрышки, столько из-за тебя хлопот было и еще предстоят…»

— Что такое? — в полный голос, властно и сердито вопросил князь.

 — С девкой не так?

— Сейчас, ваше сиятельство… — отозвался Мокей озабоченно. — Да нет, все вроде бы в порядке с девкой… Очень похоже, ваше сиятельство, этакого, что вы просили, просто-напросто не было…

— Как это — не было? — сварливо воскликнул князь. — Чтобы Российскую империю опередила даже не Британия с Францией — чернь заморская? Это с девкой что-то пошло не так! Нашел кого попало…

— Не извольте гневаться, ваше сиятельство, а с девкой все в порядке, — спокойно, без тени униженности или страха ответил Мокей.

 — Говорю вам, сильненькая девка, хорошо смотрит. Вы что-нибудь другое прикажите поглядеть, сами и убедитесь, что с ней все в порядке…

— Ну ладно, ладно… А покажи-ка ты мне, Мокей, какую-нибудь хорошую, славную войну…

— Федор Федорович… — капризно протянула Издольская. — Ну что вам в голову пришло, право? Вечно у вас, мужчин, войны на уме… Хочу увидеть какой-нибудь большой, роскошный праздник… по-настоящему роскошный.

— Ваше слово, Татьяна Сергеевна, здесь закон… — моментально отозвался князь уже совершенно другим голосом. — Мокей, ты слышал? А поищи-ка в будущих столетиях какой-нибудь праздник пороскошнее. С фейерверками или что там еще…

— Как прикажете, — почти равнодушно отозвался Мокей.

Глава X

ИНТРИГИ И ЗАГОВОРЫ

Какие бы там у князя не были недостатки, в одном его никак нельзя упрекнуть: в плохом гостеприимстве.