«Утром я заботливо завязывала ему этот галстук, чистила пиджак, и все это

для того чтобы он поехал на свидание с любовницей?!»

Я мотаю головой, все еще отказываясь в это верить. Медленно выдыхаю и

заставляю взять себя в руки.

— Это точно какая-то ошибка, — снова вырывается изо рта едва слышный

истерический смех. — А может, я сплю?

В надежде на чудо, щипаю себя за руку и резко застываю, глядя на

открывающуюся дверь.

— Кирюш, ты как? — слышится тихий голос и через секунду в палату

входит… блондинка.

Та самая, которая так рыдала и просила узнать, что с ее Кириллом. Только

сейчас подмечаю, какая она высокая, красивая и стройная. В обтягивающем

красном платье, которое подчеркивает упругую грудь и тонкую талию.

На вид ей примерно двадцать три — двадцать четыре. Лицо как у

фарфоровой куколки: гладкая ровная кожа, большие глаза, красиво

очерченные губы, идеальный изгиб бровей.

Что тут скажешь… она выглядит так, словно только что сошла с обложки

фитнес-журнала. Даже несмотря на то, что на лице есть небольшие черные

подтеки от туши, а густые длинные волосы немного взъерошены.

Пристально смотрю на нее, не желая верить в то, что она любовница моего

мужа.

Моего Кирилла, с которым мы рука об руку преодолели множество

препятствий: от гречки на воде до ужинов в дорогих ресторанах. От

коммунальной квартиры до дома у моря.

А теперь я узнаю, что у моего мужа есть любовница, которой он собирается

сделать предложение.

— Доктор, — шепчет она и, подойдя ко мне, обдает приторно-сладким

ароматом духов, — его жизнь вне опасности? Он очнется?

Не могу выдавить ни слова.

Разве я могла подумать, что когда-нибудь окажусь в такой ситуации?

Стою рядом с мужем, рядом с отцом моей дочери, которому только что

сделали операцию, а какая-то молодая девица называет его женихом и

переживает за его состояние.

Боже, это правда происходит наяву?

— Анжела… — с закрытыми глазами едва слышно хрипит муж.

Блондинка подбегает к кровати, садится рядом с ним, берет его за руку и

наклоняется к лицу.

— Я рядом, милый. Я с тобой, все хорошо.

А дальше все происходит как в замедленной съемке: она медленно ведет

рукой по его темным густым волосам, гладит его лицо с аккуратной черной

щетиной.

От увиденного у меня замедляется пульс, слезы предательски жгут глаза, а в

голове ударным колоколом звенит голос мужа: «Анжела…»

Мое сердце и так почти не бьется, но его безжалостно добивают следующие

слова Кирилла:

— Анжел, слава богу, ты цела. Я за тебя очень переживал.

Переживал? За нее?! А за своих жену и дочь нет? Сердце ухает вниз, а затем

подскакивает вместе с раздирающим душу гневом.

Муж не видит меня, но я собираюсь исправить этот нюанс и вмешаться в их

трогательный диалог.