Всё по графику, но времени нет. Оно куда-то утекает. Как песок сквозь пальцы. Если бы я доверял мозгоправам, подумал бы, что недалеко до панической атаки. Так они эту херню называют, когда накрывает на пустом месте. У меня бывало пару раз, но давно и тогда реально убить могли. А сейчас ничего не грозит, а выкручивает.

Особенно после ее слов, что я хуже монстра.

На часах уже восемь вечера.

Время реально утекает.

За окном гостиницы проклятый Волгоград. Рядом суетится толпа встречающих, которым надо всё сделать по высшему разряду. Обслужить меня и порадовать. Сам же Капо приехал.

Я решил, что это поможет отвлечься. Охрана пустила ко мне местных царьков, рожи которых даже кажутся знакомыми. Наверное, пересекались в Москве.

— Капо, что за номер? — кривится один из них, он вальяжно расселся на диване и поглаживает пятерней шелковую обивку. — Давай я тебе сейчас быстро президентский люкс устрою?

— Это он и есть.

— А, — мужчина зависает, хотел мне угодить, да вышла осечка. — Устарел не хило. Надо другой отель посмотреть.

Мне не нужен другой отель. Я встаю и иду в другую комнату. Толпа чужаков с алкоголем и заискивающими взглядами не помогает, отвлечься не получается.

Только если на злость, она уже пылает внутри адским пламенем. Раздражает буквально всё, как сошел с трапа, так стало копиться. Точить.

— За ней побежал? — ядовитый вопрос вспыхивает в мозгу. — Как какой-то мальчишка кинулся… Нормально она тебя приложила.

Не с трапа, раньше началось. Когда Лис бросил отчет наружки. На фотографиях было видно, что малышка ждет ребенка. Я сразу понял, что он мой. Чей еще? О другом мужике даже думать не могу, стоит только свернуть в ту сторону, как внутри полыхает, лижет огнем все внутренности.

Нет, не было у нее другого! Мой это, мой ребенок!

Стакан крошится о стену. Момент замаха не помню, прихожу в себя, когда к ботинкам падают мелкие осколки. Из угла выглядывает охранник, но тут же сваливает подальше, заметив мое состояние. Я же снова оглядываюсь и понимаю, что место выбрал чудесное. До издевательства. Я стою точно на том месте, где впервые увидел ее. Она тогда замерла посреди комнаты, когда я вышел из соседней после телефонного разговора.

Испуганная, бледная. И молчащая о том, что Лавров ей никакой не муж.

В этом номере мы и познакомились. Может, и началось всё тут, а не с трапа или фотографий.

— Кто тут грустит? — сладкий женский голосок раздается справа. — Разве можно грустить вечером в субботу? Это непозволительно, мистер Капо.

Крошка в легком платьице обходит меня и выныривает прямо перед лицом. У нее нет имени, но есть отменная фигурка. Она плавно прогибается в спине и кладет ладони на мои плечи, не забывая провести пальчиками с лаской. Красивая, без дешевизны, с такой и правда можно забыться.