Лишь откровенная страсть. Бог мой, он умел быть горячим!

И я срывала с Киара одежду, не щадя ни пуговиц, ни ткани. Разбрасывала вещи куда придется. Верхняя часть моего исподнего потерялась еще на первом этаже. Ближе к лестнице я лишилась и нижней половины. Осталась беззастенчиво обнаженной.

Киар подхватил меня под ягодицы, заставив обвить его пояс ногами, и прижал голой спиной к стене. Я цеплялась за его плечи дрожащими от возбуждения пальцами, стонала в губы. Ткань брюк терла нежную кожу. Удовольствие от этого грубого, чувственного касания было странным, но совершенно крышесносным.

Ни на секунду не прекращая целоваться, мы едва не снесли дверь в покои. Резким движением руки Киар смел с комода вещицы. Упала пепельница, рассыпались по полу запонки, свалились книги. Прикосновение холодной столешницы к горячим ягодицам заставило меня охнуть. Жадные губы мужчины ласкали мою обнаженную грудь. Я выгибалась, подавалась вперед. Тянула его за волосы, умоляя дать передышку, а потом снова привлекала к себе.

До кровати нас довела исключительно мысль, что первый раз у девушки все-таки должен случиться не у стены и не на комоде. Туфли Киара валялись, кажется, в коридоре. Брюки вместе с носками полетели в сторону. Его исподнее я торопливо сорвала сама, а потом упала спиной на постель.

В сокровенный момент ему, наверное, следовало что-нибудь сказать, дескать, не бойся, сначала будет не очень. Все говорят, что не очень. Однако мы были заняты поцелуями – не до лишних обсуждений. И первый толчок, возможно, принес бы боль, но нас окутало дурманное магическое слияние. То самое, особенное, что может произойти лишь между мужчиной и женщиной.

Когда все закончилось, возбуждение постепенно угасало, а в теле разливалась незнакомая приятная нега, мы лежали, тесно прижавшись и переплетя ноги. Нас окутывала тишина и темнота. На меня волнами накатывал сон."

"– София, – прошептал Киар, ласково поглаживая меня по волосам, – я одного понять не могу…

– Сколько тебе будет, когда мне исполнится сорок? – промычала я ему в подмышку. – Ты чуточку меня старше. Смирись.

– Почему ты надела пеньюар, я догадался сразу. Но зачем ты взяла канделябр?

– Да по голове тебя огреть, если не захочешь соблазняться! – рыкнула я.

– Недальновидно бить мужчину, когда он далеко от кровати, – фыркнул Киар, больше не сдерживая смех. – Не дотащишь.

– Спасибо за очередную мудрость, господин магистр. В вашей гостиной стоит прекрасный диван. До него я точно тебя доволокла бы!

Просыпаться в объятиях мужчины, который только-только снился, – ни с чем не сравнимое удовольствие. Словно томная греза плавно перетекла в реальность. Ощущая незнакомую сытую негу в теле, я прислушивалась к ровному дыханию Киара и ощущала, как под ладонью спокойно бьется его сердце.