– София, – хмыкнул он, повернувшись ко мне всем корпусом. – Ты что же, язвишь, или мне кажется?

Шутя, я сделала вид, будто закрываю рот на невидимый ключ, но не выдержала и спросила:

– Будешь голодный посыпать голову пеплом или сначала поужинаешь? Поверь мне, линчевать себя на сытый желудок задорнее.

– С чего же? – Его губы невольно дрогнули от улыбки.

– Если очень повезет, можно заработать несварение. Страдать – так уж полностью: и телом, и духом.

Но поддерживать шутливый тон Киар оказался не в настроении.

– А я ведь искал, кто провел ритуал, – вдруг высказался он. – И все сходилось к проклятому привороту.

– Я тоже не догадалась, хотя была рядом с этими людьми. Они пойманы, счастливый финал. Мы все ошибаемся, – пожала я плечами.

– Не я.

– Что ж, поздравляю, магистр Рэнсвод, сегодня вы выяснили, что потомки избранных тоже живые люди.

Ну все. Пеньюар не помог. Проклятый канделябр отвлек внимание! Значит, пора придумывать новый план.

– Будешь дальше страдать или поможешь? Плечо болит, – не моргнув глазом соврала я.

Киар протянул руку, подзывая меня поближе.

Ни капли не смущаясь, что ложь немедленно раскроют, я подошла. Повернулась к нему спиной и спустила с плеч шелковый покров. Никакой метки на нем, естественно, не было. Я выплеснула древний огонь в катакомбах под храмом и чувствовала себя превосходно. Как раз для того, что собиралась провернуть.

Некоторое время Рэнсвод молчал. Надеюсь, не пытался высчитать, сколько ему было лет, когда я осваивала первые заклятия. Но он вступил в игру.

– Здесь болит? – вымолвил хрипловатым голосом и кончиком пальца прочертил линию у меня между лопаток. Сердце пропустило удар.

– Угу.

– И здесь? – Киар обрисовал контур плеча.

– Очень сильно.

Секундой позже теплые губы прижались к горячей коже. Я вздрогнула всем телом.

– Лучше? – прошептал он.

– Гораздо…

Его рука скользнула по моей талии, забралась под пеньюар и легла на горячую кожу.

– София, ты уверена? – прошептал он.

– Абсолютно, – выдохнула я. – Но у меня все это впервые, поэтому, Киар, давай в этот раз соблазнять будешь ты.

Ловкие мужские пальцы развязали пояс. Шелк сам собой томно соскользнул по телу и лег возле ног. Горячие мужские губы рисовали дорожки сладких поцелуев на моей шее, зубы невесомо прикусывали чувствительную мочку.

Ожидание было невыносимо. Следовало позволить Киару благочестиво, как невесту после храма, подхватить меня на руки и поднять в покои, но я развернулась и впилась в его губы поцелуем. Наверное, он не ожидал подобной прыти от девственницы, знающей о физической любви только из книжных романов, но мгновенно отбросил тягучую томность. Его язык ворвался в мой рот, руки смело обласкали грудь.

Никакой скромности и зажатости. Бережливой деликатности в нем тоже не осталось.