– Но я девушка, поэтому вы посоветуете мне не пререкаться с мужем, особенно в праздники, да? Благодарю за мудрость поколений. Рэнсвод тоже ею очень любит делиться.

– Хотел сказать, что стоит давать разозленному мужчине паузу, но твоя мысль мне нравится гораздо больше. Надо будет поделиться ею с женой.

– Уверена, вы снова поскандалите, – добавила я.

Он ел изящно и аккуратно, отточенным движением наматывая на вилочные зубы длинные тонкие макаронины. Закрыл глаза от наслаждения и протянул:

– Пища богов.

– Пять динаров за весь праздничный стол, – зачем-то ляпнула я.

– От этого еда еще вкуснее, – заметил он. – Забыл, когда в последний раз пробовал закуски из квартала Восточных ворот. Кажется, еще студентом.

– Какого демона здесь происходит? – прозвучал из дверей голос Рэнсвода. И столько в нем таилось ярости, что впору было хватать Дусю и бросаться наутек!

Киар стоял на пороге кухни, но его тяжелый взгляд для разнообразия был направлен не на меня, а на гостя.

– Я же сказал, что в первую очередь он накинется на меня, – насмешливо прокомментировал тот, складывая руки на груди.

– Ричейр, дворец стоит на ушах! А ты что же, обедаешь в моей кухне?

Я выронила из ослабевших рук вилку, категорично звякнувшую о дорогой фарфор, и вытаращилась на гостя.

– Ри-Ричейр? – тихо прошептала, пытаясь не подавиться этим именем. – Тот самый… который…

– Приятно познакомиться, – согласно кивнул он.

В следующую секунду, с грохотом сдвинув тяжелый стул, я вылетела из-за стола и вытянулась по струнке. Химерово отродье (не я, а вообще), как можно было не узнать короля?! В свое оправдание хочу сказать, что он совершенно не походил на собственные портреты.

В газетах и на картинах Ричейр выглядел лет на двадцать старше. И точно не настолько привлекательным внешне, насколько оказался в жизни.

– Ваше величество…

Помоги мне, божественный слепец, я назвала короля душегубом!

– Почему ты испугалась? Меня никто не узнает на улицах. – Он натуральным образом веселился, видимо, мое говорящее лицо было особенно красноречиво. – Советники считают мою внешность большим недостатком и специально просят рисовать пострашнее. Зато через двадцать лет не придется переделывать портреты.

Отличная экономия для казны. Реверанс.

– Что? – испуганно выдохнула я.

– Короля приветствуют реверансом.

– Но я не умею… реверанс.

В ужасе я посмотрела на Рэнсвода, умоляя, чтобы он немедленно, прямо сейчас изобразил этот дурацкий придворный поклон. Ведь к такому, честное слово, меня не готовили ни жизнь, ни мама, ни даже Академия общей магии!

– Ричейр, во дворце тебе есть кому кланяться, – резковато проговорил Рэнсвод и скомандовал: – София, выйди, пожалуйста.