— Соберём.

Вздыхаю. Я бы рада помочь, но…

Вызываем лифт. Парни кивает нам, чтобы мы прошли, а сами, кажется, собираются идти по лестнице. Кабина слишком маленькая, и ребята явно не хотят нас стеснять.

— Спокойной ночи, — говорит Степан, а Роман смотрит мне в глаза, даже не моргая.

— Спокойной ночи, — отзывается Олька.

Створки закрываются. Поднимаемся на свой этаж. Оказавшись дома, шагаю на кухню. Наверное, я немного остыла. Прогулка, если можно так выразиться, пошла на пользу. Даже есть захотелось.

Забираю мандарин. Запах хороший. Пока не тошнит.

Телефон в кармане спортивных штанов вибрирует.

Достаю его и вижу сообщение от… Загорского. Аппетит, который едва вернулся, снова летит к чертовой матери. А сердце опять сжимается.

«Завтра обязательно встретимся. Есть важный разговор. Спокойной ночи, Саша».

Глава 20

— Вы уверены в своем решении? — говорит адвокат, кладя на стол передо мной черную папку. — Я, конечно, все сделал, как просили, Александра, но…

Мне не хочется, чтобы он лез ко мне. Чтобы пытался убедить, что я совершаю ошибку. Он не знает, что творится в моей душе, и вдаваться в детали я не собираюсь.

Мне никогда не нравилось, когда кто-то позволял себе учить меня. Я не ребенок. Решать могу сама.

Да, никто не верит. Мама в шоке, адвокат тоже. Да я и сама в ступоре. Не поняла, в какой момент наша любовь разбилась вдребезги.

Я тоже считала брак с Загорским идеальным, а нашу любовь — бесконечной. Но время доказало обратное. Все изменилось в один миг. Миша отказался не только от меня, но и от нашего ребенка, о котором мы мечтали годами.

— Мое решение не изменится, Мирослав Дмитриевич. Поэтому… Пожалуйста, не нужно меня в чем-либо разубеждать.

Я очень вас уважаю, не хотелось бы выглядеть грубой. Но я сейчас на нервах и просто сорвусь от любого вопроса. Поймите, пожалуйста.

— Отец знает? — оставив без комментария мою реплику, интересуется адвокат. Поднося чашку к губам, делает глоток чая и выжидающе смотрит на меня.

— Еще нет. Но я поговорю с ними в ближайшее время.

— Он все еще неважно себя чувствует, — зачем-то напоминает адвокат.

Неужели думает, что если я отложу разговор с отцом, у нас с Мишей все наладится?

— Выберу подходящее для разговора время. Тут надо поставить подпись, да?

— Да, и тут.

Измена? Загорский казался мне другим…

— Мне тоже, — шепчу я, убирая со стола папку с бумагами. — Надеюсь, все быстро закончится. Спасибо вам за помощь, Мирослав Дмитриевич.

— Не за что, Александра. Но, честно говоря, я бы хотел, чтобы такой ситуации не возникло и моя помощь вам не понадобилась.

Он поднимается, и я провожаю его до дверей Потом иду в гостиную и сажусь рядом с Олей, которая что-то читает в своем телефоне.

— Мне пора домой. — Она трёт лицо, убрав мобильный. — Завтра рано вставать.