Мой адвокат не звонил.

Я нанял его вчера, чтобы помог разобраться с подпиской о невыезде, прежде всего. Да и с моим положением в целом.

Минниханов сейчас в Дагестане, и, по информации из разных источников, его положение подвешено в воздухе гораздо хуже моего. Карточный домик у него сыпется. Не знаю, сколько палок в колеса поставили ему конкретно мы с Денисом, но выяснять это сейчас мне ни хера не интересно.

Я хочу скинуть с себя это дело. Теперь, когда вопрос остался за формальностями и бюрократией, терпение особенно подводит."

"Накаляет еще и то, что в один момент стало очень много моего «будущего».

Оно теперь на повестке. Постоянно. Большой поток обстоятельств, который тянет меня вперед, в будущее. Самое главное из них, конечно, сидит рядом.

— Ты правда этого не делал? — обращается ко мне Динара. — Ты его не бил?

— Ты уже спрашивала.

— Ну и что, — режет она. — Хочу еще раз спросить. Дома все думают, что ты его побил. Я твои интересы отстаиваю. До хрипоты всем доказываю, что ты этого не делал. Что ты не такой дурак. Хотя… если ты из-за меня такую глупость и сделал… — продолжает она, — мне все равно.

Я в любом случае буду на твоей стороне…

Нас подрезает какой-то «Мерседес», поэтому ответить я не успеваю. Сигналю, зажав клаксон, и матерюсь под нос.

Я уже отвечал на ее вопрос. Отвечал очевидное — что мне тоже дорога моя репутация. Как и репутация всех людей, которые вложили в меня дохрена сил, и я бы не стал рисковать ни первым, ни вторым. Прежде всего вторым.

То же самое я сказал вчера ее отцу, с которым целый час беседовал по телефону…

— Что ты ответил отцу? — спрашивает Динара.

— Что подумаю.

— О чем тут думать? — Чувствую на себе ее взгляд.

— Он всегда считал тебя очень перспективным. Ты под его руководством горы свернешь…

Ее отец предложил мне спонсорство на участие в международных турнирах. Предложил стать моим менеджером. Мы с Динарой и познакомились через него. У него своя спортивная школа. Крепкая и известная. Я занимался там какое-то время. Пока было финансирование.

— Мне нужно посоветоваться с тренером, — объясняю я тихо. — Он должен оценить мою физическую форму в моменте. Объективно оценить.

— Отец найдет тебе другого тренера. Лучшего.

Не сомневаюсь.

И в этом есть смысл.

Реши я двигаться куда-то сильно дальше, чем сейчас, в любом случае искал бы нового тренера. И это нормально. Но вопрос моих планов был и остается открытым. И до ситуации с Миннихановым, и сейчас. Поэтому отвечаю следующее:

— Я еще ничего не решил.

— Какой же ты упрямый…

Я слышал от нее это много раз. И сейчас, как обычно, не реагирую.

— Я просто хочу домой… — полным эмоций голосом сообщает Динара. — Может, ты поторопишь своего адвоката?

— Тебе не обязательно меня ждать, — и это тоже я уже говорил.