И забираюсь под обжигающе горячую воду. Тело по чуть-чуть расслабляется, но руки и ноги до сих пор дрожат, а внутри у меня дрожь совсем другой природы!

Я не знаю, плакать мне или смеяться, ведь я влюбилась.

Закручивая воду и заворачиваясь в отельный махровый халат, я мысленно наступаю себе на горло. Упрямо смотрю на дверь, понимая, что впервые в жизни готова на мужчину вешаться. Предлагать себя!

Я хочу… предложить ему отношения…

Краем полотенца я делаю чистую полоску на стекле. Глядя на свое горящее лицо в зеркале, я чувствую себя счастливой.

Глава 25

Полина

Расул стоит посреди номера в одних трусах, когда я выхожу из ванной. Бесформенная тряпка в его руках — это мое платье. Он аккуратно пропускает его между пальцев и поворачивает голову.

Он не расслаблен, но и не напряжен. Я себя чувствую так же. Слишком много у меня ощущений, и внутри, и снаружи, а его эмоции для меня загадка. Я так хочу понимать их лучше, что от стараний путаюсь только сильнее, но в данную секунду мне хватает собственной уверенности в том, чего я хочу.

Дагестанец смотрит на мои руки, которыми я туже затягиваю пояс халата. На мои голые стопы, выглядывающие из-под него. Потом на платье в своих руках.

— Все хорошо? — спрашивает он с хрипотцой.

Мой голос не меньше хрипит, когда отвечаю:

— Просто супер.

— По-моему, оно восстановлению не подлежит, — кивает он на платье.

— Хочешь, чтобы я оделась?

Я знаю, что он не может этого хотеть. Просто не может! Он целовал меня горячо. Мои губы распухли. И он так на меня смотрел… и сейчас смотрит.

И я его дразню, ведь теперь знаю, что он может быть смешливым. Я хочу, чтобы он был таким сейчас. Со мной. Хочу расшевелить его. Хочу его дразнить.

— Нет, — говорит Расул, подходя к тумбочке. — Точно нет.

— Чтобы разделась? — предлагаю с легким вызовом.

Повернув ко мне голову, он на меня смотрит. Я знаю, что время, которое Расул берет себе для ответа, — это не признак его умственного запора. С мозгами у него все отлично, просто он понимает, что я с ним флиртую.

На мой флирт дагестанец отвечает раздражающе трезво: — Хочу. Но, если ты разденешься, мне пиздец. А я пытаюсь придумать, как решить проблему…"

"Мне плевать на его грубость. И на платье. Я хватаюсь за его грубый комплимент и за его взгляд, которым Расул окинул мое тело, — быстрый, словно он дотронулся до высоковольтного провода. И эта дистанция… мне не нравится…

— Видимо, мне придется остаться здесь навсегда, — говорю я.

— Я что-нибудь придумаю, — заверяет он. — Хочу заказать еду. У них тут своя пиццерия, — Расул изучает меню, которое взял на тумбочке. — Какую пиццу хочешь?

— Выбери на свой вкус, — пожимаю я плечом.

— У меня нет вкусов. Я всеядный.

— Удобно… — фыркаю в ответ.

— Да.

— Тогда… — смотрю на его профиль. — Что-нибудь с ананасом.