Тем не менее, ему фотография понравилась, он улыбнулся ее рассматривая.

Я не хочу думать о том, как сильно наше фото отличается от того, другого…

Он удалил то фото, но мне никогда не забыть как он на нем улыбался. Я никогда не видела, чтобы он улыбался так широко. Его… Динара тоже улыбалась, явно одетая в мужскую олимпийку. Ты была слишком для нее большая. Эта девушка красивая. По-настоящему. Классическая красота в каждой черте, тогда как мое лицо скорее “современное”. На ней был платок - напоминание о том, какие мы разные. Я и она. Я и он.

Они выглядели счастливыми. Почему это такой яд?

Я ревную безумно. Стыжусь этой ревности и ревную. Даже зная, что… все его внимание сконцентрировано на мне, могу вспылить, но мы не ссорились. Еще ни разу с тех пор, как он предложил мне отношения.

Дома я не застаю никого. Отец с Мариной в гостях, а близнецы у матери Марины.

Я перемещаюсь по своей комнате, собирая одежду на выходные, словно зашла в гости. И я хочу скорее дом покинуть, словно здесь холодно, поэтому уже в полвосьмого меряю шагами гостиную, дожидаясь звонка. Расул звонит ровно в восемь, к тому времени я уже закрываю дом.

Я чувствую накопленную за неделю усталость, когда согреваюсь на сиденьи. Кажется, я успеваю поспать за те полчаса, пока мы едем к Минаевым. У них дом с очень большой территорией, что не удивительно, ведь у них два лабрадора и трое детей.

Я купила подарочную бутылку вина еще вчера, оно в пакете на заднем сидении. Расул забирает пакет и не трудится ставить машину на сигнализацию, ведь мы припарковались во дворе, и автоматические ворота уже закрываются.

Снег искрится на подсвеченной фонарем дорожке. Опять похолодало. Я встряхиваюсь благодаря этому холоду, преодолевая набежавшую сонливость.

Расул пропускает меня вперед, когда подходим к крыльцу. Ксюша предупредила, что дверь не заперта. Мы заходим без звонка, но хозяйка уже встречает.

— Привет, ребятки! — касается она губами воздуха рядом с моим ухом.

— Привет, — кивает Расул.

— Детей отправили к бабушке, собак закрыли наверху, — делится информацией Ксюша. — Рас, проходи, — машет она рукой в сторону гостиной, из которой звучат голоса.

Она ведет меня вслед за собой на кухню, чтобы я помогла, и я успеваю поймать чуть сощуренный взгляд карих глаз на своей обтянутой блестящим стрейчем заднице. Это платье очень узкое. И короткое. Скользнув глазами по моим ногам в черном капроне, Расул скрывается из вида.

— Вот это да, — осматриваю я очень большую и очень современную кухню. — Большая. Красиво…

— Ага, — кивает Ксюша. — Я здесь практически живу. Знаешь что такое четыре мужика в доме? Даже пять, еще же собаки… — рассуждает. — Лучше рожай девочек, мой тебе совет…

— Постараюсь, — говорю рассеяно.

На разделочном острове блюдо с закусками.