О моей язвительности были прекрасно осведомлены и партнеры по бизнесу, и брат. Да даже кронпринц был в курсе — Лоурелия, несомненно, поделилась с ним хотя бы частью наших с ней бесед.

Ночью мы с Витольдом познавали друг друга на пышной широкой постели. Он показывал мне, на что способен, я особо не протестовала. Постельные игры полезны для здоровья, а когда ими занимаешься с нравящимся тебе мужчиной, так вообще.

В общем, я готова была к скорой беременности…

Следующий день был наполнен такой же суматохой, как и предыдущие. Подготовка к балу велась с самого утра. И когда пришла пора наряжаться, я с облегчением выдохнула. Скоро, совсем скоро вся эта беготня закончится. Бал пройдет. И мы с Витольдом вернемся домой.

Платье село на мне, как вторая кожа. Туфли тоже пришлись в пору.

Золотое колье с бриллиантами, серьги и кольца на пальцах — к балу я подготовилась тщательно и хотя не любила надевать сразу множество украшений, прекрасно понимала, что перед биологическим отцом Витольда на показаться в том же виде, в котором появляются перед ним другие аристократки. То есть продемонстрировать богатство.

Мари уложила волосы в высокую прическу, умело накрасила меня, и можно было выходить навстречу Витольду, ждавшему меня в коридоре.

Мода всегда была снисходительна к мужчинам. Это у женщин имели сотни фасонов и уйма различий между юбками и размерами декольте.

У мужчин же если что и менялось, так это цвет камзола и покрой штанов.

Вот и теперь Витольд встретил меня в расшитом серебряными нитями камзоле синего цвета, черных штанах и такого же цвета туфлях. Серебряные запонки, украшавшие рукава белоснежной рубашки, надетой под камзол, были единственным «богатством». Остальное следовало продемонстрировать супруге.

— Постарайся хотя бы изредка танцевать, — попросил Витольд, предложив мне руку.

— Зависит от того, кого именно из деловых партнеров я встречу на балу, — практично ответила я.

Недовольство во взгляде Витольда я привычно проигнорировала. Он знал, на ком женился.

Глава 25

Зал блистал и переливался всеми огнями радуги. Магические шары под потолком и уйма украшений, от которых отражался свет, на телах аристократов, делали нахождение в помещении невозможным для непривычных лиц. Не сказать, что я была очень уж непривычной, но и то, едва зайдя в зал, подавила желание зажмуриться. Никогда не понимала желания некоторых вырядиться так, будто их близкий родственник — успешный ростовщик, снабжавший их драгоценностями различного типа.

Но в любом случае, вне зависимости от моего отношения к привычкам аристократов, шла я прямо, горделиво, давала понять высшему свету, что являюсь не только бывшей герцогиней, но теперь уже и снохой императора оборотней.