В остальном все было отлично. И комната просторная, и мебель необходимая есть, и окно во всю стену. Правда, оно выходило на забор, но Макса это не расстроило, он осмотрелся, заглянул в пустые шкафы, в санузел и решил: пойдет, жить можно. В доме было так тихо, точно он был тут один или соседи, та же прислуга, еще не вернулись с работы.

Рогожский остался в небольшой прихожей и оттуда следил за своим новым подчиненным — Макс несколько раз ловил на себе его взгляд, но делал вид, что не замечает. Пусть смотрит, это нормально — к новому человеку присмотреться, и это еще цветочки, ягодки будут позже.

— Нормально, — сказал Макс после осмотра и повернулся к двери, — годится. Мне за вещами съездить нужно.

— Съездишь. — Рогожский положил ключ на полочку под зеркалом, что висело напротив входной двери, и вышел на крыльцо, крикнул оттуда Максу: — Пошли погуляем.

Можно и погулять, с чего бы отказываться? Макс закрыл дверь и вышел из комнаты. Грозу унесло в сторону города, и оттуда сейчас грохотало, и довольно активно, а здесь остался только ветер, гулявший в соснах, и тучи над головой.

Серо было и неуютно, зато дождь так и не начался, и неизвестно, к лучшему это или наоборот: тогда бы прогулка получилась короткой, а сейчас они сделали круг по периметру и заходили на второй.

— Зарплата два раза в месяц, — сказал Рогожский после того, как перечислил все обязанности Макса.

— Зарплата? — искренне удивился тот. Вот уж не ожидал, что Левицкая ему еще и заплатит, чудо, граждане: это кто ж кому должен, а?

— А как же, — с довольным видом сообщил Рогожский, — ты что думал: тебя тут за еду работать заставят? Кстати, о еде — это на кухне, завтра утром спросишь, я предупрежу.

А работать за зарплату, конечно, из нее твой долг вычитать будут, но тебе хватит.

И назвал сумму, такую, что дяденька из конторы, где Макс побывал до аварии, сам бы к Левицкой в дворники побежал, напрочь забыв про понты и «собственный бизнес». Рогожский помолчал еще немного и перешел к главному:

— Ты не смотри, что Юлька ведет себя малость… как дура себя ведет, чего уж там, — сказал Рогожский и выдал Максу мобильник, по которому звонить следовало только в самом крайнем случае.

Что это может быть за случай, Макс пока решил не уточнять, он вообще больше помалкивал, задал лишь пару вопросов, и все. Оставался еще один, последний, и он пока ждал своей минуты. Макс события не торопил и слушал заместителя Левицкой.

— Это не истерика, как ты подумал, это она так на нового человека реагирует. Мать уже устала ей охранника искать — каждый раз одно и то же. Боится Юлька, очень боится, ей проще, чтобы рядом вообще никого не было, чтоб на выстрел никто не подходил, даже мать.