Та, как мышка, тенью сновала по подъезду и всегда подглядывала в глазок, когда Макс уходил или возвращался домой. Но жили соседи теперь тихо, если и пили, то совершенно бесшумно и почти не напоминали о своем существовании.

— Так когда, вы говорите, видели гражданку Алтынову в последний раз? — рассеянно спросил участковый.

И Макс добросовестно повторил:

— Давно, еще в прошлом году. Она ушла из дома, и больше я с ней не встречался."

"— Хорошо. — Участковый взял со стола исписанный от руки лист, перевернул его, сравнил с предыдущими показаниями и положил обратно. Макс ни словом, ни видом не выдал своего нетерпения, благо времени у него было полно. Сегодня суббота, народ массово отдыхает, работа начнется в понедельник с пяти утра, ведь самая востребованная электричка на Москву уходит в половине шестого, и многие, не доверяя безобразной организации движения общественного транспорта, предпочитают вызывать такси. Едут компаниями, заранее договорившись, машина обойдет несколько адресов, прежде чем поедет на вокзал. Два-три рейса можно успеть сделать, потом поток желающих резко схлынет — и можно отдыхать до вечера, аж до девяти часов, когда офисный люд двинет обратно по домам, чтобы назавтра повторить все сначала. И так пять дней в неделю почти два года — Макс прикинул в уме срок и удивился сам себе. Это ж надо, как быстро они пролетели, он и не заметил! Зато заработок постоянный, хоть и небольшой, и клиентами постоянными оброс, уже без звонка каждое утро их от подъезда забирает. А один мужик даже с работой, хоть и временной, помог, пристроил Макса на лето в бригаду шабашников, что дачные домики строили. Правда, лето уже закончилось, но на заработанное можно запросто протянуть до весны, до нового сезона, и электричку на Москву опять же никто не отменял.

А вот Маринку он, если по-честному, в последний раз видел немного раньше, чем ментам сказал. После того как домой вернулся, пришлось к себе в окно лезть, по газовой трубе и балконам, чем Маринку чуть ли не до смерти напугал. Она вечерком подышать на балкон вышла, выпить рюмочку-другую на свежем воздухе, а тут он, злой и грязный, с разбитой физиономией. Вот тогда у Маришки в голове что-то и замкнуло, когда она соседа увидела, но, судя по выражению лица, не признала. «Богатым буду», — подумалось тогда Максу, а тетка решила, что это за ней курьер из преисподней пожаловал. Поорала, сколько положено, рюмку с балкона уронила, в комнату спряталась, наглухо дверь за собой закрыв. Потом еще поорала, когда Макс стекло у себя разбил и в квартире оказался, потом затихла. А потом пропала, тело бренное утратив, зато душу бессмертную сохранив.

— Понятно, — сказал участковый, — и после этого ни разу не встречались?

— Ни разу, — ответил Макс, — вот зуб даю. Не видел.