Но разве по спящему лицу можно что-то понять?

Накрыла рукой телефон и без зазрения совести, взяла с собой, чтобы прочесть всю переписку. У дочери она знала код разблокировки смартфона.

Глава 21

— Простой, как сатиновые трусы, — недобро ухмыльнулся Сергей, отпивая из большой кружки кофе. Он прочел всю переписку, которую Юля перекинула на свой телефон. — Все нормально, Юль. Сейчас пробьем номерок, но я заранее ставлю на твоего бывшего. Что-то ему нужно. Не просто так пляски устроил. Ты не находила ничего подозрительного дома? Заначку или документы какие-то?

— Нет, ничего такого, — замотала головой женщина. — Я особо и не искала, — она непроизвольно окинула взглядом кухню.

— Ключей от квартиры у него нет, попасть сюда он боится, — Травкин намекнул на собственное нахождение в квартире. — Осталось только шантажом заставить дочь принести ему то, что хочет. В любом случае, вы съезжаете ко мне на время. За Дашу не переживай, за ней присмотрит Артем. Поговорю с ним, — он побарабанил пальцами по столу, задумчиво на нее посматривая.

Бедная, видно, что не спала всю ночь. Темные круги под глазами. Волнуется за дочку. Есть и плюсы: они знают место и время назначенной встречи. Череп дернул шеей, хрустнув позвонками.

— Собрала сумку?

— Да, — выдохнула Юлия таким обреченным тоном, будто на суде ответила на вопрос: «Вы признаете свою вину?».

— Тогда, Костя дожует свою кашу, — взглянул на мальчика, который очень старался кушать, чтобы стать большим и сильным как дядя Сережа. — И по коням.

***Проданов, сделав над собой усилие, приподнялся на локте, сев на кровати, устланной только голым матрасом. Обвел мутным взглядом обстановку. Впервые за два дня комната предстала перед ним объемной, в целом, а не отдельными фрагментами. Рядом с кроватью окровавленный таз, куда он харкался кровью и блевал. Вонизма стоит. Кругом грязь и пустые бутылки.

Застонав, дотронулся до отбитых ребер. Бочина, окрашенная в темно-фиолетовый цвет нещадно болела. Лучше бы сразу прибили, чем так, садюги… Где он им найдет за короткое время столько бабла? Продай Лешка все свои органы и Нельку в бордель на пожизненное пользование, ему все равно не рассчитаться.

«Кстати, где эта шалава?» — захотелось увидеть хоть чье-то знакомое лицо.

— Нелля-а-а-а?! — завыл хриплым голосом в пересохшей глоткой. Громко не получилось. Он однажды слышал, как кричат черепахи, раскрывая ротоклюв… Так вот, примерно так же.

У Алексея скрутило желудок от голода. Организм хотел жить, просил его поддержать хоть коркой хлеба и глотком воды. Надо было поесть. Срочно.

Кое-как, держась за поверхности, он пошаркал в сторону кухни, еле передвигая ноги. Нашел сколотую кружку и включил кран. Трясся. Пил воду с хлюпаньем, проливая на себя. Подождал, пока уляжется.