Неудачно сделанный ремонт, нарушенная подача газа…

Утром Виталий предлагает Дарье погулять и возит ее по разным местам. Наши сотрудники тщательно следят за ними, но парочка развлекается абсолютно по-детски…

И тут преступники первый раз обманывают нас. За ними тщательно наблюдают. Наружка докладывает: Воротникова зашла в парикмахерскую. Иветта регулярно подкрашивает волосы, чтобы походить на Дарью как две капли воды. От рождения ее шевелюра чуть темнее Дашиной. По городу Люка передвигается на такси, в «Вольво» садится, только изображая Дашу. Один из наблюдателей усаживается в холле и изображает из себя супруга клиентки. Он видит, как Иветта вместе с мастером уходит в глубь салона. И здесь сотрудник делает ошибку: расслабляется, полагая, что Люка с намазанными краской волосами сидит в дальнем углу. Через час он начинает волноваться и узнает, что клиентка не стала причесываться, а покинула салон через заднюю дверь. А тем временем Люка, совершенно не таясь, въезжает во двор, входит в дом. Ее видят Маня и Катерина, но никто, естественно, не удивляется. Люка проходит в гостиную, открывает кран горелки и быстро уезжает. Домашние привыкли к неожиданным отъездам и приездам Дарьи и не придают этому большого значения.

Но бог опять бережет семью. На этот раз в роли провидения выступает Семен Андреевич. Восстановив камин, он забывает поставить так называемую вьюшку, и основная масса газа уходит на улицу. Но в комнате все же достаточно пропана, чтобы произошел довольно ощутимый взрыв. Люку задерживают на посту ГАИ. Виталия через десять минут берут в редакции. Собранных доказательств вполне достаточно для сурового приговора.

– Как ты мог так долго смотреть на то, что Дарью пытаются убить, и не вмешаться? Почему разрешил этой Люке войти в дом? А эти двое – Семен Андреевич и Жора, – ну хороши охранники, прошляпили! – бушевала Оксана.

– Видишь ли, – пробормотал полковник, – мы все время держали руку на пульсе, а тут чуть-чуть не успели, не смогли предотвратить взрыв.

– Нас могло убить, – налетела Ольга на Александра Михайловича, – а ты спокойненько поджидал, когда наберется нужное количество улик!

– Да нет… – принялся объяснять приятель."

"Но я не стала слушать его оправданий, а встала и пошла в спальню. Там на кровати сидел плюшевый медведь, подаренный Виталием. Я схватила ножницы и принялась яростно кромсать неподатливый плюш. Руки раздирали игрушку на части, а из глаз текли слезы.

Эпилог

Прошел месяц. В доме сделали ремонт, вставили стекла, починили камин. Холодным январским воскресеньем мы устроили праздничный обед. За стол сели все те же – Зайка, Кеша, Маня, Нюся, Семен Андреевич, Жора, полковник и я.

– Ну и жуть сотворили вы с гостиной, – хмыкнул Кеша.